Текст VI: О вращении Колеса, или о Вечности

Источник: der-narrenturm.livejournal.com

6. Я верю в Круг-Колесо, как форму
движения Вселенной и духа в ней.

Когда я только начинал свое знакомство с викканским учением и его мифологическо-ритуальным отображением, больше всего меня удивило отсутствие хоть сколько-нибудь внятного мифа творения. Ну, что-то вроде «была земля пуста и безвидна» или про бездну соленых вод, из которой бы кто-то вышел. Вернее, мифы-то конечно были, даже несколько, но все сплошь откровенно авторские (к примеру, вспомним миф творения Стархоук) и ни один из них не был в достаточной мере распространен, и – что главное! – не находил своего ритуального выражения. А миф без ритуала – это уже немного не то.

Викку как компендиум идей и концепций словно бы вовсе не интересует проблема «откуда есть пошло» что-либо. Вопрос начала – а значит, и конца – даже не стоит. Боги просто есть, мир просто есть, люди просто есть – и этого достаточно. И первым серьезным достижением на пути постижение своего учения и своей веры я для себя считаю именно момент принятия этой идеи: начала нет.

«Мы Круг внутри Круга»

С этой установки и следует начать разворачивать викканскую концепцию времени. Время, конечно есть, и оно движется вперед: за Бельтайном неизбежно придет Лита, потом Ламмас, и так далее. И вместе с тем: времени нет: за Бельтайном ровно так же неизбежно последует еще один – тот же самый! – Бельтайн, потом еще один, и еще. Никогда не будет момента, когда новый Бельтайн уже не наступит, он всегда будет где-то впереди, и где-то позади. Разумеется, все то же справедливо и для любого другого саббата.

Итак, викка тотально циклична: единственная форма движения времени – это движение по кругу, а значит, время и движется, и нет.

По сути – этот великий и бесконечный Цикл, аллегорически отображаемый в образе Колеса, ни что иное, как один из возможных способов интерпретации идеи Вечности, к которой, так или иначе, обращаются большинство религиозных систем. Однако религии, пользуясь терминологией Ясперса, «пост-осевые», или «религии спасения», склоны представлять Вечность как бесконечно протяженную линию, что невозможно себе адекватно представить человеческим разумом, а посему, категория вечного – безначального и бесконечного существования, оказывается атрибутом исключительно божественной трансцендентной силы, но даже эта сила так или иначе действует во времени: она творит мир, и разрушает его, как бы ограничивая на своей прямой еще и некий конечный отрезок.

Викка же предлагает иной способ понимания Вечности, полностью доступный человеческому осознанию: это вечность не прямой, но кольца – круга, цикла. Такая Вечность оказывается одинаково присуща как Богам, так и человеку, разница лишь в «радиусе» окружности: ведь внутри любого круга можно начертить еще один, и он сам – как бы ни был велик – в свою очередь может быть заключен в больший круг.

Опять же, в русле идей «спасения» существует традиция трактовки подобных кольцевых структур в негативном ключе, как фатальных и пагубных ловушек, из которых необходимо «вырваться», «разорвать порочный круг» и тому подобное. Однако куда предлагается вырываться? Очевидно, снова к бесконечному существованию в качестве прямой, или, вернее, луча – имеющего начало, но обреченного вечно стремиться в никуда. По сути, это ровно та же самая Вечность, но, на мой вкус, куда менее динамичная и куда более «фатальная» нежели движение в рамках Колеса.

Кроме того, цикличность времени в викке, на мой взгляд, есть наиболее архаичная и, если угодно, «языческая» ее компонента. Вспоминая Аристотеля: «неизвестно, до или после Троянской войны мы живем». Точно так же невозможно сказать, до или после Бельтайна живем мы. Движение по кругу, вне моментов творения и разрушения, вернее – постоянно возникая и разрушаясь, тот способ существования, который викка акцептировала из языческих представлений о мире невероятно легко и органично, и, по моему частному мнению, куда легче и органичнее, чем кто бы то ни был из тех, кто пытался сделать то же самое.

Мы – Круг внутри Круга, и в этом наша мудрость и наша вечность. Без начала и без конца.

О сути вращения

В свете всего сказанного выше, возникает вполне оправданная мысль, что любая точка, указанная на круге, сущностно не отличается о любой другой точки. И это в некотором смысле действительно так, Колесо цельно и даже можно сказать – целокупно, и любой день, будучи элементом Вечности, тождественен любому другому дню.

Всё это так, но здесь мы опять сталкиваемся с ограничением нашего восприятия, обусловленным спецификой воплощенного – материального — существования живого человека. Невозможно полностью постигнуть Вечность, пусть даже отчасти осознав ее символически как круг. Сам способ нашего постижения чего-либо в обоих его вариантах – от общего к частному, и от частного к общему – требует динамики, восхождения или нисхождения. И Боги, в неизбывной мудрости своей, сотворили наш мир таким, чтобы сама его структура и весь наш эмпирический опыт о ней могли бы служить живой метафорой наводящей на мысль о том способе, которым бы мы могли привести в движение этот непостижимый и недоступный образ: Колесо нужно вращать.

Вращение Колеса есть тот сценарий, тот алгоритм, тот нарратив что дает нам возможность пусть и не постигнуть его сразу, но находиться в процессе постижения, что уже не мало, учитывая, сколь слаб наш разум, и сколь грандиозна наша цель. Следуя вращению Колеса мы вместе с тем приобщаемся к нему, приобщаемся к Мирозданию, приобщаемся к Богу и Богине, приобщаемся к Единому.

Наши праздники – саббаты, это не просто памятные дни о каком-либо событии (свадьба Богов на Бельтайн не происходила в прошлом, она происходит прямо сейчас, она происходит всегда), и даже не собственно сами события (к примеру, солнцестояние или равноденствие, здесь эти астрономические явления служат скорее проекцией трансцендентного на материальное, и в то же время – проекцией материального на трансцендентное, но само фактическое положение солнца на небе имеет важность скорее символическую и иконографическую). Саббат – это указанная точка на круге, если угодно – спица Колеса, некий существенный элемент Вечности, доступный нашему пониманию, но в то же время, понимать – отмечать, праздновать — который мы должны раз за разом, ведь речь все еще идет о чем-то бесконечном и безначальном. Двигаясь от точки к точке на малом колесе годового цикла, мы получаем возможность полнее и прочнее принять движение по бОльшему колесу – колесу нашей жизни, пройдя которое, в свою очередь, мы – наша бессмертная часть, во всяком случае — улавливаем суть движения по еще более масштабному циклу. И так, от спице к спице, от колеса к колесу мы продолжаем свое бесконечное устремления к центру Звезды, о которой я писал в самом начале этого цикла текстов. К сожалению, я затрудняюсь описать это движение схематически и визуально, на ум приходит разве что движение по сходящейся спирали. Такой вариант имеет право на существование, спираль – древний и глубокий символ, не чуждый викканскому учению (вспомнить хотя бы «Спиральный танец» Стархоук), однако в данный момент подобная схема только все усложнила бы. Полагаю, две схемы – движения от периферии к центру, и движения от точки к точке по кругу – лучше не смешивать, и достаточно будет сказать, что и то и другое в целом – бесконечный путь.

О спицах Колеса

Коль скоро я заговорил о точках, отмеченных на круге, каждая из которых являет нам некий элемент Вечности и Божественного доступный – ну, принципиально доступный, во всяком случае – нашему осознанию, мне, наверно, следовало бы остановиться на каждой такой точке – каждом саббате – в отдельности. Но в то же время я понимаю, насколько масштабной была бы такая попытка. Смысл каждого саббата, его символизм, содержание и урок, невероятно обширны и глубоки, и каждому из них следовало бы посвятить отдельный текст. И прими я решения взяться за эту задачу – пожалуй, я увяз бы в бездне рассуждений и образов, и подобный шаг не лучшим образом сказался бы на цельности и законченности моего теологического цикла, не говоря уже о том, что мне пришлось бы потратить на него куда больше времени, чем я располагаю.

Кроме того, довольно непросто писать о каком-то отдалённом саббате, находясь в это время в другой точке колеса. К примеру, всё и вся вдохновляет меня сейчас писать о грядущем – грядущем для меня, в то время, как я пишу эти строки – Ламмасе, но дыхания Йоля я сейчас не чувствую, и посему, пожалуй, у меня получилось бы гораздо больше и ярче сказать о Ламмасе, и куда как сдержанней и суше – о Йоле, что в рамках целостного рассуждения можно счесть провалом.

И, исходя из всего сказанного выше, я принял волевое решение не останавливаться на каждом из саббатов подробно. В сущности, не что не мешает мне обратиться к теме каждого из них потом – отдельно, в рамках обособленного текста, что я, собственно, уже делал раньше, и собираюсь повторять в дальнейшем.

Таким образом, сейчас я постараюсь рассказать о своем видении движения по колесу в общем, не углубляясь в каждый конкретный шаг.

Викканский литургический год есть ритуальное воплощение нашего центрального мифа – нашего мономифа, если угодно – мифа о всеобъемлющей и многогранной любви Богини и Бога к друг другу, и к нам – как Их детям, порождениям и отражениям. Бог и Богиня, две ипостаси непостижимого Единства, связаны неразрывно, и находят свою жизнь, свое движение и свою актуализацию друг в друге. Викканский миф – это история о последовательной смене Их модусов и аспектов, призванная рассказать о Них в той форме, в которой мы могли бы понять.

Важно иметь в виду, что все описанные в мифе события не происходили когда-то, они происходят прямо сейчас, на наших глазах, и более того, по сути – все события происходят единовременно, в каждую секунду актуальны они все сразу. Но меж тем, в каждый из саббатов некое событие и этой мета-истории, если можно так выразиться, «более» актуально для нас, живущих во времени.

Каждый саббат имеет глубокое и неоднозначное содержание. В каждом из них есть и праздник, и трагедия, если подойти к ним с нашими оценочными суждениями. Ни один из саббатов не лучше и не хуже других, и ни один из них так же не важнее прочих – все они равнозначны.

Через Бога наша Богиня сначала становится Матерью, затем – Невестой и Возлюбленной, затем Женой и Хозяйкой, и наконец – грозной Жрицей и Судьбой, обрывающей жизнь жертвы. Через Богиню же Бог рождается, взрослеет и погибает, чтобы продолжить существование в новом качестве Бога Смерти, а потом – вновь родиться как Бог Жизни.

Этим Их взаимным метаморфозам следует и природа, как зримое воплощение божественной сути, расцветая и увядая, и, что важно для нас – этому же сценарию и следует и каждый из нас. Каждый саббат – это этап года, и вместе с тем – этап нашей жизни. Мы все – и Мать и Дитя Йоля, и Жених и Невеста Бельтайна, и Жрица и Жертва Ламмаса. Год от года проживая историю Бога и Богини мы также проживаем и свою собственную историю, постепенно постигая наше с Ними единство. Для каждого из нас грядет и свой Бельтайн, и свой Самайн.

В этом истинный смысл празднования саббатов – ощутить свою причастность Божественному, познать нашу общую природу.

Для этого нужно пройти годовой цикл.

И для этого нужно прожить жизнь.

А потом начать сначала.

Предыдущий текст

Статьи по теме:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *