Говорят, фотография может рассказать больше, чем тысяча слов.

Надежда умирает последней

Кошкин дом

Экстрим

Одна из лучших фотографий по версии Red Bull Illume 2010

Обыкновенное чудо

Маленький мальчик собирается попросить у Санты, чтобы его отец вернулся из Ирака. Он ещё не знает, что его желание исполнится прямо сейчас …

«Спасибо» ветеранам

Подвиги бесценны

Верный друг

Русский лес

Эта фотография состоит из 365 фотографий, которые делались каждый день с одного и того же места.

Течение времени

Соседи

На крыше

Испуг

Иисус спасает

Дай пять

Япония

Любить своих врагов

Борьба за первенство

Сержант, его жена и их будущий ребенок

Мама

Кашалот

Будущий художник

Прощание

Когда усердие пугает

Фото детского хора из Северной Кореи. Старательность и дисциплина – это конечно, хорошо. Но в данном случае за детей немного страшно.

Бабушкина забота

Чтобы уши не мерзли.

Ку-ку!

2012

Ты кто?

Панда в самолете

Панда на пути в зоопарк Эдинбурга.

Съемки Титаника

Мультфильмы любят все

Любви все возрасты покорны

Празднование 8 марта в Белграде.

Курение – вред

Дружок

«Мой 3-летний сынишка Чарли, – рассказывает автор фото, – подружился с этой гусеницей и называл ее не иначе, как Червячок-Собачка».

Леса гигантской секвойи

Человек собаке друг

Закат жизни

Дед прощается с внуком.

Статьи по теме:

• Удивительные фотографии
• Ты не поверишь
• Вертикальные сады
• Японские сады
• Шри Янтра
• Фотографии журнала LIFE, вошедшие в историю
• Фантастические картины Ютака Кагая
• Фантастические картины художника Дэна Скотта

В начале 1981 года автор* прибора для приготовления «живой» к «мертвой» воды заболел воспалением почек и аденомой предстательной железы, вследствие чего был положен в урологическое отделение Ставропольского медицинского института. В этом отделении пролежал более месяца. Когда ему предложили сделать операцию аденомы, он отказался и был выписан. Будучи еще больным, он в течение 3-х дней доделывал устройство для получения «живой» и «мертвой» воды, о котором была опубликована статья Латышева В. М. в журнале «Изобретатель и рационализатор» за 1981 г. — 2 под заголовком «Неожиданная вода», и интервью в — 9 спецкорреспондента Ю. Егорова с академиком АН УзССР Вахидовым под заголовком «Активизированная вода перспективна».

Первое испытание полученной воды он провел на незаживающей более б месяцев ране на руке сына.

Проведенная проба лечения превзошла всякие ожидания: рана на руке сына зажила на вторые сутки. Сам он начал пить «живую» воду по 0,5 стакана перед едой 3 раза в день, и почувствовал бодрость. Аденома П. Ж. за неделю исчезла, прошел радикулит и опухоль ног.

Для большей убедительности, после недели приема «живой» воды он прошел обследование в поликлинике со всеми анализами, при которых не обнаружилось ни одной болезни, нормализовалось давление.

Однажды его соседка обварила руку кипятком, ожог 3-й степени.

Для лечения использовала полученную им «живую» и «мертвую» воду, и ожог за 2 дня исчез.

У сына его знакомого, инженера Гончарова, в течение 6 месяцев гноилась десна, в горле образовался нарыв. Применение различных способов лечения не дали желаемого результата. Для лечения он порекомендовал воду, 6 раз в день полоскать «мертвой» водой горло и десну, а после принимать внутрь по стакану «живой» воды. В результате — полное выздоровление мальчика в течение 3-х дней.

Автор обследовал более 600 человек с различными заболеваниями и все они дали положительный результат при лечении активизированной водой. В конце этого материала имеется описание устройства, которое позволяет получить «живую» (щелочную) и «мертвую» (кислотную) воду любой крепости. Проведенное испытание воды в лаборатории Ставропольского водоканала («живой» — крепости 11,4 ед. и «мертвой» — 4.21 ед.) показали, что крепость за месяц снизилась на сотые доли ед., причем температура на снижение активности воды не влияет.

Использование активизированной воды автором на себе и на членах семьи и многих людях дали возможность автору составить практическую таблицу процедур лечения ряда заболеваний, определить сроки лечения и проследить ход и характер выздоровления.

(Советуем не заниматься самолечением без консультации лечащего врача).

Использование «живой» и «мертвой» воды для лечения ряда болезней

«Ж» — Живая вода. «М» — Мертва вода

Примечание: при употреблении внутрь только ‘Ж» воды возникает жажда, ее надо утолять компотом или подкисленным чаем. Интервал между приемами «М» и «Ж» воды должен быть не менее 2-х часов.

Щелочная вода РН = 10-11 ед. с белым осадком

Брезентовый мешок диаметром 50-70 мм Н = 160-200 мм

Кислотная вода РН = 4-5 ед.

Схема прибора для получения живой и мёртвой воды

Литровая банка, 2 электрода из нержавеющей стали, расстояние между ними 40 мм, не достают до дна. Нержавейка размером 40х160х0,8 мм.

Процесс приготовления воды длится 3-8 минут в зависимости от необходимой крепости. После приготовления, отключив вилку от сети и вынув устройство, быстро вытащить мешочек и вылить «М» воду в другую посуду.

Живая вода (щелочная) (-) — Мёртвая вода (кислотная) (+)

Эскиз. — Прибор для получения «живой» и «мёртвой» воды. Электрод — 2 шт. нержавеющая сталь 0.8х40х160 мм. Ёмкость — 1 литр. Время — 3-8 минут.

Статьи по теме:

• Физико-химические свойства и фармакологическое действие препарата АСД
• Лечение минеральными водами

Автор: Полина Волошина

Представьте себе ситуацию. Лев видит зебру. Он догоняет ее, валит на землю, и вдруг зебра набрасывается на льва и рвет его в клочья. В мире животных такое невозможно, потому что все очень четко поделено: есть хищник и есть жертва.

Все по-честному. Зебра никогда не съест льва, так же как и трава никогда не съест зебру. И только у людей жертва часто оказывается волком в овечьей шкуре.

Жертва слаба, чем выгодно выделяется на фоне эмансипированных женщин без проблем. У жертвы проблемы есть, и их много. Рядом с ней каждый мужчина чувствует себя сильным и нужным. Женщины-жертвы явились в этот мир как спасение от тех самых феминисток, кастрировавших мужчин своей самостоятельностью. Только с ними мужчина снова становится мужчиной. С ними феминистки снова становятся несчастными одиночками, которых никто не берет замуж. Все встает на свои места. Справедливость торжествует, пока…

Пока на смену эйфории не приходят первые тревожные симптомы. Вы решаете ее проблемы, она вам благодарна, но что-то не так. Почему-то проблемы не убывают, а будто растут в геометрической прогрессии. К тому же все чаще возникает непонятное чувство вины, хотя вы ничего плохого не сделали. Даже наоборот. Вы делаете еще больше, а ваша девушка становится еще несчастней. Положите весь мир к ее ногам, и она будет рыдать, потому что мир не идеален. Очень скоро ваша жизнь превратится в кошмар, прервать который можно, лишь разрушив отношения, но не у каждого хватит сил на такой поступок.

«Мужчина обречен на долгие мучения, соболезнования от друзей, упреки мамы и злорадный смех бывших любовниц» Бросить жертву так же сложно, как бросить ребенка на съедение чудовищам. Коварный вирус zhertva.exe прописался в лобной доле головного мозга и оказывает давление сразу на два важнейших нервных центра — жалость и самолюбие. «Без тебя она погибнет», — говорит он, заставляя утирать скупую мужскую слезу. «Ты нужен ей», — говорит он, заставляя чувствовать себя полноценным мужчиной. Параллельно происходит разрушение «жесткого диска» под названием «здравый смысл». «Зараженный» мужчина обречен на долгие мучения, соболезнования от друзей, упреки мамы и злорадный смех бывших любовниц. Такого не пожелаешь и врагу.

Откуда берутся эти монстры? Растение Dionaea muscipula растет в почве, бедной минералами. Именно поэтому природа предусмотрела другой вариант получения полезных веществ. Dionaea muscipula научилась есть насекомых и получила название «венерина мухоловка». Так и женщина, недополучившая любви, будет стремиться пополнить ее запасы самым зверским способом. Виновата ли венерина мухоловка в том, что она пожирает мотыльков? Нет. Виновата ли женщина в том, что она высасывает все соки из своего мужчины? Тоже нет. И та и другая избрали этот «некрасивый» способ ради сохранения жизни.

Самопожертвование женщины вещь добровольная, но не безвозмездная — за свои страдания она потребует компенсации, будь то кольцо с бриллиантом, обязательный секс перед сном или даже вынос мусора сутки через трое. Волшебная мантра «Я ради тебя» повторяется по поводу и без. «Я ради тебя задержалась на работе. Я ради тебя приехала. Я ради тебя сделала. Я ради тебя не сделала». Женщина жертвует всем самым дорогим ради любимого для того, чтобы потом ткнуть его носом в этот «жертвенный алтарь» с вопросом «А что ты для меня сделал?»

К тому же быть жертвой — самая выгодная модель поведения. Плакать и жалеть себя, обвиняя всех вокруг в недостаточной любви, — просто, удобно и приносит максимальное количество дивидендов.
Самопожертвование женщины вещь добровольная, но не безвозмездная.

Жертвуя собой, женщина создает иллюзию принятия на себя всех проблем, на самом деле перекладывая проблемы на плечи «негодяя», которому потом это все расхлебывать. Профессиональная жертва способна совершать настоящие подвиги, как то — отказ от карьеры, детей, родителей, друзей, любимой работы. При этом надо понимать, что ни одна нормальная женщина не способна отказаться от всего этого ради даже самого любимого мужчины. Значит, отказ был выгоден самой жертве. Значит, все обвинения, что «самоотверженные подвиги» были совершены только ради вас, являются ложью во спасение. Во спасение Ее Величества Жертвы.

Как на это реагирует мужчина? Вызывает ли такое поведение страх и трепет? Захочет ли он сейчас же, сию же минуту, восполнить любимой потраченные на него нервные клетки и сделать все то, чего от него так долго ждали? Здесь все зависит от мужчины. Слабый попытается загладить свою вину. Створки мухоловки захлопнутся, пищевые железы начнут вырабатывать «желудочный сок», разлагая несчастного на минеральные вещества — и поминай как звали. Здоровый мужчина, скорее всего, не заметит этих жертв. А после того, как ему на них в вежливой или грубой форме укажут, недоуменно пожмет плечами и спросит: «А зачем? Зачем ты задержалась на работе? Зачем приехала? Зачем сделала? Зачем не сделала?» Мужчина задаст эти вопросы и добьет козырным: «Кто тебя просил?» И женщина, несчастная и обезоруженная, опустит руки. Потому что никто не просил. И тут — либо начать добровольный курс реабилитации, либо пуститься во все тяжкие, на войне как на войне.

Суть самопожертвования непонятна мужчине. И слава Богу. Вряд ли мужчине придет в голову переспать с женщиной, вызывающей у него отвращение. Зато для некоторых женщин секс с неприятным мужчиной вполне нормальная практика. Переспав с уродом, женщина вызовет дополнительный прилив жалости к самой себе. Унижая себя, она вознесется — ведь страдания облагораживают. Странно, но это придаст ей силы.

Именно женщинам свойственно самоубийство понарошку — недорезанные вены и недопередозировка снотворного. Страшно сказать, но некоторые выбирают этот способ для того, чтобы привязать мужчину еще крепче или не дать ему уйти. Для достижения своих целей. И это действует.

Она может разогнаться в машине без тормозов, лежать раздетой на снегу или уйти ночью из дома. Что происходит в этот момент в голове жертвы? «Меня никто не любит. На меня не обращают внимания. А как они будут плакать и винить себя, если со мной что-то случится!» Она так и видит себя униженной, растерзанной, несчастной. И как ОН убивается от стыда и вины, как Он заваливает ее цветами, вымаливает прощение, как Он носит ее на руках. «Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?»
Если от вашей помощи вы сами испытываете удовлетворение и радость — все хорошо, если чувство вины — дела плохи (фото GettyImages)

Это будет победа. Великая победа, ради которой стоит рискнуть здоровьем. Гарантия счастливой жизни на веки вечные. И женщина рискует. Она не думает, что эта провокация может материализоваться. Все эти подсознательные фантазии об изнасиловании, избиении, аварии и пневмонии — заигрывания со смертью, которая не всегда понимает шутки. И не дай Бог в эту ночь на нее нарвутся подонки, не дай Бог тормоза так и не сработают, не дай Бог пневмония окажется с летальным исходом. Нет, нет, нет. Она не хочет умирать. Кому тогда достанется его любовь? Мраморной плите с указанием дат рождения и смерти? Это неправильно. Но не всегда можно повернуть назад. Желательно задуматься об этом до того, как машина врежется в бетонный забор. Желательно вообще не садиться в эту машину.

Так как же правильно обходиться с жертвами? Надо понимать, что жертва — это психологический террорист. Поэтому никаких уступок и переговоров. Другой вопрос — как отличить профессиональную жертву от нормальной женщины с проблемами (а проблемы есть у всех женщин)? Тут все просто — внимательно следите за своим психическим самочувствием. Если от вашей помощи вы сами испытываете удовлетворение и радость — все хорошо, если чувство вины — дела плохи.

Но хватит ужасов. Как у любого явления, у самопожертвования есть обратная сторона медали. Эта функция была дана женщинам в дополнение к инстинкту материнства. Женщине «прописали» умение жертвовать собой ради потомства, и в этом свете все выглядит гораздо более благородно. Жертвуя собой, женщина доказывает свою любовь, и очень часто подобные истории становятся красивыми легендами о настоящей любви и преданности. Так что главное — знать меру и не использовать этот талант во вред окружающим. Задача женщины сохранять любовь. И ключевое слово здесь не «сохранять». И уж точно не «сохранять всеми возможными способами».

Статьи по теме:

• Чего на самом деле хочет женщина?
• Японские сады
• Я увидел Луну!!!
• Эзотерическая этика прежде и теперь
• Шри-Янтра — древнейший инструмент…
• Что такое наша личность?
• Что такое буллинг и как с ним бороться?
• Читая «Записки диверсанта» Старинова

Сказочник — веселый, добрый рассказчик, душа компании, порой другим слова не дает вставить.

Следователь — задает вопрос за вопросом, беседу строит по системе интервью, о себе почти не говорит.

Грешник на исповеди — говорит только о себе, хвалится, плачется, ему очень важно ваше внимание и прижаться к жилетке. Он слаб и вовсе не собирается кого-то утешать и помогать.

Спорщик — будет спорить даже об очевидных истинах, таким образом изучает собеседника, впоследствии может использовать знания с пользой для себя — осторожнее с такими, они впоследствии могут превратиться в троллей.

Тролль или вампир — унижает собеседников, причем порой научно и тонко, от простой ругани может перейти к запрещенным приемам, лучший способ сопротивления — прекращение общения.

Лидер — умен, сдержан, пользуется авторитетом, немногословен, выступает в роли организатора и судьи.

Пассажир — молчаливый, чаще не желающий показывать себя человек, считает, что его должны развлекать.

Козел отпущения или аутсайдер — обычно провоцирует лидера и комментаторов на споры и унижение его, в отличии от тролля не унижает других и не плачется сам, выступает, как непонятая, отверженная личность против всех.

Статьи по теме:

• Украина, глазами иностранца
• Старое и Новое средневековье
• Соцфилософия: The Matrix has you. Why?
• Революция NHOT: Сумма технологий для человека.
• Разница между Востоком и Западом
• Осторожно: неофит! Пути и ошибки новоначальных
• Модели рынков религиозного товара
• Культ карго — религия халявщиков

Недавно в США вышло третье издание путеводителя по Украине. Автор книги американец Эндрю Элис Эванс, который сумел прожить в Украине несколько лет и побывал в большинстве регионов страны.

Выживание у граждан Украины — в крови. Они познали множество бед, отведенных человечеству, но сумели выжить. Мировой финансовый кризис этому подтверждение. Чувство уверенности коренится в понимании одной простой истины: если вдруг что-то случится ещё — украинцы возьмут в руки лопаты, тяпки и грабли, чтобы выращивать на своих dacha картошку и выживать в самую голодную зиму.

В украинском обществе очень много пожилых женщин. Кажется, что они повсюду и всегда чем-то заняты: заметают улицы, тянут непомерно огромные торбы, что-то продают. Почему в Украине так много babushek? Во время Второй мировой войны СССР потерял 20 миллионов людей, преимущественно молодых мужчин. Их жены, сестры и матери выжили, а теперь составляют большую часть населения. Они старенькие, но жилистые, так как вышли на пенсию во время Независимости и хлебнули лиха.

Ко всем пожилым женщинам украинцы обращаются с уважением — babushka, babulya or babusya. Большинство украинских детей воспитаны именно ими. Для иностранных туристов — они живые свидетели исторических событий: войны, Голодомора. Покупая у бабушек на улице цветы или семечки, вы таким образом поддерживаете их материально и помогаете.

Будет справедливым сказать, что сейчас украинцы живут лучше, чем когда-либо в своей истории.

Неспокойное прошлое и неуверенность в будущем воспитали в украинцах сверхсильную терпимость. Их решения всегда зависят от по настоящему важного — смены сезонов, семьи и умения выживать. Сегодня они знают про свою роль в истории и с большой гордостью озираются на очень непросто прошлое. Впервые им стала доступна историческая правда.

В Украине по вас судят по одежде. Выходя в люди, украинцы одеваются во всё самое лучшее — независимо от того, насколько они бедные. Если вы приедете зимой, то можете собственными глазами увидеть, как женщины на высоченных каблуках умудряются не падать на льду, а мужчины — ходить в чистых штанах целый день, не смотря на слякоть.

Украинцы любят застолье — пьют, едят, поют, рассказывают истории и анекдоты. Они очень хорошие философы. Гостеприимные и с радостью открывают двери чужаку, с которым знакомы не больше минуты. Гостью обязательно предложат чаю и скорее всего хорошо накормят.

Причиной всех бед и ненастий для украинцев — это нечистая сила. Самая сильная разновидность — сглаз. Он может накликать усталость, депрессию, зубную боль, ссоры в семье, проблемы на работе, жидкий стул.

Украинцы обожают читать. Книжки — показатель статуса. Поэтому даже в самом захолустье вы найдете большие библиотеки украинской и российской литературы. Советская власть разрешала читать некоторых иностранных авторов. Здесь люди знают про Хемингуэя, Джека Лондона, Джона Стейнбека и Артура Конана Дойля.

Украинские народные песни обычно про любовь, водку или любовь к водке. Иногда еще сало. Некоторые — шуточные, но большинство — наполнены печалью. Традиционный инструмент для аккомпанирования — струнная бандура в форме слезы. Но сейчас больше поют под гитару. Советский фольклор также вошел в репертуар.

Иностранцев часто шокирует убежденность украинцев в том, что в преступлении виновата сама жертва. Они никогда не откроют дверей, не спросив «Hto tam?» или не посмотрев в глазок.

На рынке вам не продадут несвежих продуктов, наговорят комплиментов от всего сердца и без иронии.

Украинцы умеют стоять в очереди. При этом они не уважают остальных людей в ней. Может получится так, что вы будете стоять в ней 20 минут, а то и больше, пока перед вами не влезет без извинений кто-нибудь наглый. С такими лучше не связываться. Если перед окошком вы ищите деньги или билеты, то украинцы думают, что это дает им право занять ваше место. Берегитесь! Можете попасть в самый конец очереди…

Когда приезжает трамвай, автобус или метро, про очередь забывают. Все стараются как можно быстрее первыми влезть в транспорт, расталкивая всех остальных. Если будете медлительны, рискуете не влезть внутрь.

Украинцам очень нравятся фотографии. Каждая семья имеет дома схованку с альбомами. Незнакомцы на улице также не против, если их снимают. Если взрослый человек видит, что его снимают, то он перестает улыбаться и сделает серьезное лицо, как «на паспорт». Если попросите его улыбнуться, то он скорее всего ответит — «vsyo» и уйдет.

Инвалидов в колясках здесь можно встретить только возле церкви, где они просят милостыню. В Украине для таких людей нет никакой инфраструктуры.

В автобусах и маршрутках зимой бывает очень холодно, и вы будете молиться, чтобы зашла большая babushka и села около вас.

Поезда — самый лучший способ передвижения по стране, так как билет стоит очень дешево. И там вы увидите настоящую Украину.

Если хотите вернуться из Украины живым — не пейте воду из крана. Она ужасная на вкус и от нее страшная диарея. Петей только бутилированную или в крайнем случае кипяченную. Чаи и выпивка в ресторанах безопасны.

Если вы хотите настоящей украинской еды — сделайте все возможное, чтобы попасть на семейный ужин. Ни один ресторан не сможет достичь такого кулинарного мастерства как украинская babyshka.

Путешествовать в Украине без пищи считают грехом. Люди, которых вы только что встретили, могут дать вам с собой огромные корзины продуктов — «на дорогу». Даже если это лишь 2-часовой переезд автобусом.

Украинцы любят есть мороженое весь год. Его продают и едят на улицах даже в самые холодные январские дни. Если мороженое не тает во рту, его жуют.

Если путешествуете с детьми, то хорошая идея — купить детское сидение для унитаза и носить его с собой. Это может облегчить посещения более ужасных туалетов типа «дыра в земле». Или же туалетов в поездах. Детские подгузники можно купить в любом большом магазине. Просто скажите «pampers» с русским акцентом.

Пакуя вещи в Украину, возьмите набор для шитья и приличный запас пуговиц, потому что в Украине их часто отрывают. В зависимости от того, в какую часть страны вы едете, прихватите русский или украинский карманный словарик, а лучше — оба.

Позволять мужчине угощать вас выпивкой, а также принимать приглашение пойти к нему домой — очень плохие идеи. Особенно настойчивым можете сказать, что вы — глубоко религиозная женщина: «Ya verushaya». И они отцепятся.

Упакуйте вещи в простой неяркий чемодан, чтобы не привлекать лишнего внимания. Для прогулок городом не берите «ярких» сумок — положите все свои вещи в полиэтиленовый пакет для покупок, с которыми ходят большинство украинцев. Воры и не подумают его красть.

В музее вам сразу безапелляционно объяснят, куда идти и на что смотреть. Свободное блуждание залами — это «нет-нет», и если вы осмелитесь пропустить какую-то из зал или пойти в обратном направлении, то испытаете на себе гнев babushka. Через нехватку средств в музеях редко бывает тепло, и смотрители не включают в зале света, пока вы туда не зайдете. Впрочем, эффект от включения и выключки света в зависимости от направления вашего движения скорее дает ощущение собственного всемогущества.

Украина все больше приспосабливается для организованного группового туризма. Если хотите увидеть что-то конкретное — лучше избрать этот вариант. Но тогда вы не узнаете, что такое настоящая Украина. Невероятно грубые женщины в кассах, ночные поезда и вылазки на природу останутся за окном туристического автобуса. Самостоятельно же вы будете иметь чудесную возможность пообщаться с местными, а это ценнее всего и наиболее интересно в путешествии по Украине.

Статьи по теме:

• Россия, глазами иностранца
• Китай с точки зрения бизнесмена из России
• Другая Сторона Америки
• Будущее в фантастике
• Типы собеседников в интернете
• Старое и Новое средневековье
• Соцфилософия: The Matrix has you. Why?
• Революция NHOT: Сумма технологий для человека.

Человек, уйдя от природы в созданную им искуственную среду — город — все же не может обойтись без природы. И тащит ее за собой в города всеми возможными способами

Источник: www.fresher.ru/2012/01/08/vertikalnye-sady

Вертикальный сад используют для оформления как внешних стен зданий, крыши различных конструкций, так и внутренних помещений.

Идея вертикального сада нашла своë воплощение в творениях французского ботаника и дизайнера Патрика Блана, большинство инсталляций которого находится в Париже. Первая вертикальная инсталляции была создана в 1988 г.

Конструкции вертикальных садов различаются материалами, системой коммуникаций, креплений, технологическими особенностями, при сохранении общего принципа вертикальной направленности, наличию системы жизнеобеспечения, отсутствию грунта.

Растения для вертикального сада подбираются индивидуально, в зависимости от конкретных условий и частного художественного решения. В целом получается невероятно красиво и необычно!

Статьи по теме:

• Японские сады
• Фотографии, на которые невозможно смотреть равнодушно
• Фотографии журнала LIFE, вошедшие в историю
• Удивительные фотографии
• Ты не поверишь
• Шри Янтра
• Что могут сказать о человеке звёзды?
• Фантастические картины Ютака Кагая

Источник: http://byaki.net/kartinki/37849-udivitelnye-fotografii-so-vsego-mira.html

Статьи по теме:

• Фотографии, на которые невозможно смотреть равнодушно
• Ты не поверишь
• Вертикальные сады
• Японские сады
• Шри Янтра
• Фотографии журнала LIFE, вошедшие в историю
• Фантастические картины Ютака Кагая
• Фантастические картины художника Дэна Скотта

Статьи по теме:

• Японские сады
• КОДО САВАКИ РОСИ — выдающийся мастер Дзэн современности
• Китай с точки зрения бизнесмена из России
• Грязные танцы под политическую цветомузыку

Предельно краткое изложение истории возникновения библейских мифов, их трансформации и редактирования.

История возникновения различных видов христианства.

Механика формирования современных христианских концепций

Жили-были в 4-м — 3-м тысячелетии до н.э. шумеры, очень цивилизованный по тем временам народ. А вокруг жили племена кочевников, среди которых и будущие древние евреи. Они с интересом слушали шумерские мифы о происхождении мира, о богах, царях и героях, только вот записать не могли (письменностью не владели) — поэтому, просто запоминали. Потом кочевники откочевали в другие места — и столкнулись с другим цивилизованным народом — египтянами. Там повторилась та же история.

А потом, много позже, в XII в. до н.э. произошла война, которую сейчас назвали бы мировой. На ближнем востоке образовалось множество брошенных поселений, за владение которыми началась жестокая борьба между кочевыми племенами. Вероятно, будущим древним евреям повезло — их лидером оказался человек, успевший соприкоснуться с египетской культурой и подчерпнуть из нее некоторые практически полезные знания по управлению, стратегии и тактике. Звали его Моше (или Моисей). Он организовал племя, дал ему устойчивое управление жреческой кастой (наподобие египетского) и систему жизненных правил (заимствованных также из Египта и творчески переработанных под насущные цели). А насущными целями была война, война и еще раз война — захваченные земли надо было удерживать, а желательно и расширять, вытесняя и истребляя других кочевников. Естественно, для этого следовало внушить своему племени богоизбранность, принципиально отличающую его от всех окружающих племен и полную подчиненность политической доктрине — ради которой верующий обязан был без вопросов и колебаний жертвовать своей жизнью и жизнью своих близких.

Так появился костяк Ветхого Завета — напоминающий устав караульной службы с элементами мистики (заменявшей современное «потому, что положено»). Разумеется, этот «устав» ссылался на авторитет Бога (самого великого и самого ревнивого из всех богов), а как же иначе держать в строгом повиновении непривычных к воинской дисциплине кочевников?

Отмечу: практически совершенно не важно, существовал такой Бог или нет — важно, что древние евреи в него поверили.

Дальше на долю древних евреев выпало: двести лет войны и сто лет мира. Все, что успели за 100 лет мира — это освоить финикийскую письменность и записать свой «устав», дополнив и обосновав его элементами припомненных и переделанных на свой лад мифов Шумера и Египта, а также собственной, уже мифологизированной историей.

Так появилась собственно Библия — в части, охватывающей период до вавилонского пленения. Когда иудейское царство было раздавлено большими империями (ассиро-вавилонской и ново-египетской), евреи лишились национальной независимости на несколько столетий. А Библия превратилась в священное предание, не дающее этносу растворится в имперской нации.

Предание постоянно редактировалось, его старались сделать последовательным, однозначным и полностью соответствующим центральной идее Бога, избравшего именно еврейский народ для великой миссии (в противном случае произошло бы смешение его с другими народами, а храмовые начальники оказались бы не у дел).

Так из «авторизованной» Библии исчезла целая сюжетная линия, связанная с первой женой Адама — Лилит, ее втором муже — Самаэле и о дальнейших экзогамных браках.

Вкратце сюжет таков: Адам и Лилит, созданные одновременно, поспорили о ролях в браке и Лилит, игнорировав приказ Бога занять подчиненное положение ушла от Адама. Для Адама Бог создал вторую (послушную) жену — Еву, а Лилит вступила в брак с чужаком — Самаэлем (который происходил из племени т.н. «детей Бога»). Впоследствии практика браков между девушками из рода «людей» и «сынами Бога» стала регулярной и появилось смешанное племя — исполины. «Сыны Бога» (возглавляемые персонажем по прозвищу Люцифер — «Несущий свет») научили своих детей различным ремеслам, причем вопреки явно выраженной воле Бога.

Бог, в порядке ответной меры, устроил Потоп, при котором погибли исполины (а заодно — и большинство людей, которые были, в общем-то, не при чем). Тем не менее, в мифе оставалась некая интрига — поскольку Ной родился у Бетинош возможно, не от Ламеха, а от одного из исполинов, впоследствии сохранив и род человеческий, и переданные исполинам знания.

Вот такая была красивая история — чем-то похожая на миф о Прометее.

В современном варианте предания (Ветхого Завета) вся эта история вырезана, причем не очень аккуратно — остались два разных рассказа о сотворении мужчины и женщины, упоминание о «сынах Божьих», вступавших в браки с женщинами из человеческого рода, обрывок истории об исполинах, не угодивших Богу, и наконец, упоминание о бунте Люцифера и группы ангелов против Бога (именно упоминание — поскольку сам этот сюжет из «авторизованного» предания исчез полностью).

«Авторизованное» (уже отредактированное) предание и определило особенности еврейской религии-культуры в дальнейшем, когда Иудея была восстановлена, но уже в качестве римского доминиона.

«Неавторизованные» фрагменты сохранились в отдельных сектах (нам они известны в основном по рукописям Мертвого моря). Эти фрагменты свою роль тоже сыграли — но потом.

Вот мы вплотную приблизились к Новому Завету. На рубеже «новой эры» у многих покоренных Римом народов, на фоне мечты о национальной независимости, появлялись пророчества о будущем освободителе. У античных евреев таким было пророчество о будущем царе — мессии Иммануиле, который вернет роду царя Давида власть в Иерусалиме и окрестностях. Некоторые иудейские секты смотрели на это иначе — поскольку римский мир был явно чуждым, они предпочитали не менять его, а игнорировать (так полагали, в частности, эссены, кумранская община, почитавшая не будущего Мессию, а некого Учителя Праведности). В это же время, философские школы эллинизированных иудеев, которые вполне комфортно чувствовали себя в условиях римского правления, разработали учение о взаимодействии Всеблагого и Неведомого Светлого Творца с несовершенным материальным миром через некую эманацию (Дух) и некого посланника (Логос — непосредственно действующее слово).

Создалась ситуация, когда каждая выдающаяся личность, появлявшаяся в Иерусалиме с проповедью какого-либо яркого учения, немедленно начинала отождествляться у кого-то — с Иммануилом, у кого-то — с Учителем Праведности, а у кого-то — с самим Логосом.

Отмечу: практически совершенно не важно, существовала ли одна особо выдающаяся личность, или этот образ возник в результате синтеза нескольких прототипов. Важно, что значительное число людей сначала — на Ближнем Востоке и в Малой Азии, а чуть позже — в Греции и Риме поверили, что в такое-то время в Иерусалим пришел Иисус, который соответствовал то ли образу Мессии, то ли образу Учителя Праведности, то ли образу Логоса. Соответственно, возникли пересказы историй о нем, причем каждый рассказчик акцентировал внимание именно на том из трех перечисленных образов, который был ближе лично ему.

Чуть позже — примерно с 60-х годов I в. эти пересказы стали записываться.

Между тремя крупными «партиями» (еще десяток более мелких я не рассматриваю), естественно, шли постоянные конфликты — ведь они оспаривали друг у друга не только близость к центральной фигуре новой религии, но и саму суть этой религии.

В логиях почитателей Христа — Иммануила говорилось, что Иисус пришел освободить евреев от иноземного рабства и восстановить царство, устроенное по закону Моисея (т.е. исполнить пророчество о грядущем иудейском царе — Машиах или Мессии). Царство Божье в этой версии — это восстановленное праведное иудейское царство.

В логиях почитателей Христа — Учителя Праведности говорилось, что Иисус пришел к тем, кто готов отбросить мир и предпочесть праведность в изолированной общине, обеспечивающую спасения после грядущего конца света (который должен был произойти в текущем столетии).

В логиях почитателей Христа — Логоса говорилось, что Иисус пришел рассказать правду об устройстве мира, и за счет знания освободить людей от деспотической власти Демиурга (создателя материального мира, который ассоциировался с ветхозаветным Богом — Яхве или архонтом Ялдабаофом).

Во II в. первая и вторая партии оказались в неудобном положении. Иудейские национально-освободительные войны (1 — Бар Гиоры и 2 — Бар Кохбы) закончились поражением, т.е. иудейское царство не возродилось. Предсказанный конец света тоже не настал, мир продолжал жить повседневной жизнью. Этим двум партиям оставалось только объединиться против усилившейся третьей — что и было сделано. Они переписали свои логии в духе компромисса, так что стало непонятно: то ли Христос все же царь иудейский, освободитель евреев (временно скрывающийся от врагов) то ли он — казненный и воскресший Учитель Праведности, предписывающий собираться в изолированные общины с аскетическим уставом. Будущее царство тоже утратило определенность — то ли оно должно было вот-вот настать на Земле, то ли переносилось на небо, то ли предстояло и там и там, но после конца света (отодвигавшемся в совсем уж неопределенное будущее).

Третья партия тоже не дремала — она придала смысловую законченность своим логиям, объединив их в целостные произведения философско-этического плана, так что Христос стал воспринимаем не только среди социальных низов на Ближнем востоке, но и среди вполне приличной и образованной публики в разных частях империи.

Дальше мы видим два направления в христианстве — иудео-христианство и христианский гностицизм, каждое — со своим учением и писаниями. Эти направления борются между собой путем интриг, перетягивания верующих у противника, заимствования всякого рода популярных идей и даже доносами друг на друга (из-за чего христиане то одного, то другого направления подвергались преследованиям за антигосударственную деятельность).

В конце III в. иудео-христианам улыбнулась удача — им удалось создать у властей ассоциацию между гностицизмом и манихейством (персидским учением, также почитавшим Христа ,но совсем в другой форме). Манихейство считалось идеологической диверсией соседнего враждебного государства. Под последовавшие гонения попали в итоге все христиане, но христианам — гностикам пришлось гораздо хуже, чем иудео-христианам, они потеряли контроль над ситуацией, а их простые последователи переметнулись в стан противника.

Конечно, иудео-христианам для этого пришлось еще раз отредактировать свое учение и писания. Им пришлось включить туда некоторые элементы и тексты, свойственные христианскому гностицизму (Логос, Свет происходящий сам от себя, учение о Боге, как космической Любви и о Демиурге — «князе мира сего»). Все это можно видеть в четвертом Евангелии — Иоанна. В Евангелиях синоптиков ничего подобного нет и быть не может.

Пришлось отказаться и от этнической ориентации — ведь новая волна последователей в основном была не евреями. Для этого к Петру (главному апостолу иудео-христианства) добавили Павла (апостола язычников), исключив по возможности из писаний данные об их непримиримой вражде. Христианство первый и последний раз в истории стало единым.

Но здесь христиан ожидала новая проблема — римские императоры заинтересовались популярной интернациональной религией и востребовали ее для своих политических целей.

Константин I собрал всех авторитетных христианских епископов и потребовал, чтобы они привели свои книги и учения в форму, удовлетворяющую религиозным и политическим воззрениям императора (Константин был солнцепоклонником и сторонником жесткой армейской дисциплины в обществе).

В процессе этой ревизии «источников и составных частей», христианство опять распалось, но в нем выделилась осевая линия, связанная с обслуживанием имперской власти. Для того, чтобы справиться с этой задачей, необходимо было сделать две вещи:

Во-первых, надо было срочно уничтожить «неотредактированные» тексты Писания (для этого сначала сожгли александрийскую библиотеку, а затем и другие значительные собрания книг).

Во-вторых, епископам надо было разобраться в той эклектике, которая возникла в «отредактированном» писании (после всех компромиссов, добавлений, исключений и замен слов), и придумать всему этому какое-то единообразное толкование, чтобы в дальнейшем внушать прихожанам что-то одно, не противореча друг другу.

В-третьих, надо было продолжать понемногу редактировать Писание, чтобы вычистить из множества копий те фразы и выражения, которые явно этому единообразному толкованию противоречат.

Последний процесс в основном завершился в католичестве — в XV в., а в православии — в XVII.

Впрочем, «зачистка» не совсем удалась — в тексте Писания все равно осталось множество внутренних противоречий, а бессовестные археологи откопали значительное количество предыдущих версий текстов из Ветхого Завета, из Евангелий и посланий начала II в., а также тех христианских текстов, что были в ходу в отдаленных от Рима местностях в средние века.

Выкупить у археологов удалось далеко не все — кое-что осело в музеях и распространилось в исторической литературе и периодике. Что и позволяет нам в общих чертах выяснить ,как было дело.

Статьи по теме:

• Тайная вечеря Понтия Пилата
• Бог и эгрегор
• Типология современных христиан
• Сикхизм
• Революция NHOT: Сумма технологий для человека.
• Притча о Шамбале
• Осторожно: неофит! Пути и ошибки новоначальных
• Модели рынков религиозного товара

Автор: Евгений Пожидаев

Ожидание нового средневековья – обычное развлечение отечественных интеллектуалов со времён как минимум Бердяева. При этом последний и кинул первый камень в огород здравого смысла, описав как новое средневековье советскую действительность. При всём её своеобразии, очень сложно найти что-либо столь противоположное органическим основаниям средневековой жизни. Тем же грешил и Флоренский – видевший, правда, в средневековой реальности сугубый позитив.

В нулевых темой увлекались в основном на Западе (Минк, Стоун и компания; можно припомнить ещё Эко, поминавшего чёрта… то есть новое средневековье десятилетием раньше). Однако наступивший кризис заметно активизировал дискуссию от полюса до полюса, включая одну шестую часть суши. Парадокс, однако, состоит в том, что дискуссию ведут люди, весьма смутно представляющие себе, что такое средневековье.

Человек Нового времени последние шестьсот лет, как правило, остаётся в рамках парадигмы, сооружённой ещё ренессансными гуманистами. Между 500 и 1500 годами ему видятся лишь дикость, фанатизм и жестокость. Однако же, средневековье в целом было куда менее людоедским, чем античность и большая часть Нового времени. Население росло медленно, его часто не хватало – и его, в общем, берегли. Скажем, известная байка о том, что сражения рыцарских армий носили демонстративно-театральный характер, порождена фантастической для античности и Нового времени практикой, когда занижались не только свои, но и ЧУЖИЕ потери (разумеется, в случаях, когда речь шла о войнах внутри одной цивилизации).

Изуверский фанатизм и массовое сожжение неправильных людей, столь привычно связываемое с «готикой» – это как раз примета зари Нового времени. Средневековые монархи Испании хладнокровно титуловались «королями трёх религий»; костёр же процвёл всерьёз почти одновременно с Колумбом. Равным образом, реки крови и изощрённые казни за простую уголовщину появились именно как симптом кризиса средневекового общества, «Осени средневековья». Иными словами, рассуждения о «тёмных веках» в контексте Ленина и бен Ладена имеют весьма перпендикулярное отношение к действительности. Однако, что симптоматично, действительные черты нового средневековья неумолимо проглядывают в текстах, на первый взгляд отрицающих «медиевал» самим фактом своего существования.

Однако познакомимся с предметом чуть ближе. Итак, что действительно является сущностью средневековья? Это мир, где темпы технологического прогресса низки по объективным и непреодолимым причинам. Линейный рост существует только в фантазиях недоучившихся технократов и поклонников Фоменко; на самом деле он страшно нелинеен, и бурный прогресс закономерно сменяется статикой. На этом фоне и развивается ДРУГОЙ прогресс.

Суть его сводится к формуле: «если линейное наращивание ресурсов невозможно, остается лишь наращивать качество управления ими». В общем, средневековье живёт по принципу: «если мы не можем изменить орудие, мы изменим человека, который его держит». Промежуток между 500 и 1500 годами – золотая эпоха HR-менеджмента, затраты на который колоссальны.

Простейший вариант человеко-апгрейда – это специализация и усиленное натаскивание. В классическом средневековье ремесленники начинают обучение в детстве, и оно растягивается на годы. В итоге примитивными орудиями создаются совершенные творения.

Однако мало изменить тело и «моторную» часть мозга – важно изменить сознание. Ради этого возникают гигантские сетевые структуры, доходящие до каждой деревни и накрывающие целые континенты поверх государственных границ.

В итоге «человек средневековый» живёт в своего рода расширенной реальности или гиперреальности. Сейчас — это технология, основанная на наложении сгенерированных компьютером изображений на изображение реального мира. Равным образом, средневековый человек погружается в гиперреальность и в «технологическом», и в бодрийяровском, постмодернистском смысле слова. На обыденный, дневной мир накладывается картина иного бытия – мириады виртуальных персонажей, видения, символы и знаки. Массовые галлюцинации в средневековой Европе были делом самым обычным. Нормальное функционирование средневекового социума невозможно без этой «виртуальной реальности», взаимодействие с которой может сделать «аномальное» (альтруистическое) поведение «выгодным».

Побочным эффектом этой «аномалии» является то, что средневековый человек, погружённый в гиперреальность, не является индивидуальностью в современном смысле слова – он мало осознаёт себя в отрыве от социума/общины. Заодно погружение в мир вечных существ и вечных истин словно выключает человека из течения времени – средневековое восприятие истории кишит анахронизмами. Точнее, оно и есть один сплошной анахронизм.

Средневековый технологический прогресс идёт зачастую странными путями — на первый взгляд, совершенно иррациональными. Во-первых – но никак не в «основных» — интересы «инноваторов» сдвигаются в сторону «биотеха». Когда «мёртвый» прогресс заходит в тупик, приходиться браться за более «инертную» живность — средневековье зациклено на селекции. Во-вторых, технологические прорывы связаны с усилиями по созданию гиперреальности. Над городами возносятся готические соборы – причём вокруг строившихся колоссов располагались деревянные дома с соломенными крышами. Заодно вокруг них располагались дикая вонь и отсутствие самых элементарных удобств. Однако над кучами мусора высятся здания фантастических размеров и сложности – в следующий раз сооружения такой же высоты будут построены только во второй половине 19 века. Высокотехнологичные сами по себе, соборы содержат ещё более высокотехнологичную начинку. Изощрённая металлургия, при массовом тиражировании её достижений сделавшая Европу глобальным гегемоном – это не только рыцарский меч, это ещё и колокол. Орган и механические часы, из которых выросла вся техника Нового времени – непосредственно связаны с каменными «генераторами гиперреальности».

А теперь познакомимся с нынешней научной фантастикой в её лучших проявлениях. В самое последнее время наметился очевидный тренд к её возрождению – появилось несколько ставших событиями книг. «Прыжки на месте», конструирование заведомо нереальных миров (а что было бы, если бы Антарктида ни с того ни с сего переместилась на экватор?) наконец встретили достойного конкурента. Мы снова видим тексты с мощным научным компонентом – и устремлённые в будущее. Однако за привычным форматом маячит непривычное содержание. НФ всё ещё говорит о будущем – но это будущее изменилось.

На Западе два ключевых текста нового поколения – это «Ложная слепота» Питера Уоттса и «Спин» Роберта Уилсона. Начнём с первой книги. Формально перед нами классический образчик НФ. Текст насыщен терминами, оснащён бесчисленными примечаниями, а последние страницы занимает внушительная библиография, состоящая из ссылок на научные труды.

Однако ЭТО посвящено уже не «железу» и не космосу как таковому – оно «созерцает» человеческое сознание. И выводы – уже противоречат постулатам привычного нам дневного «рацио». Равным образом, мир «Ложной слепоты» уже чужд вселенным традиционной научной фантастики.

На первый взгляд, реальность Уоттса не имеет ничего общего с Тёмными веками. Космические корабли рыщут по Солнечной системе, достигая отдалённых окраин. Луна и Марс – освоены. Цивилизация технократична и вроде бы рациональна. Однако на самом деле мир Уоттса – это мир, похожий на сумерки античности, сквозь которые всё больше проглядывают черты будущего «медиевала». Вместо восточных учений, погружавших граждан позднего Рима в сон гиперреальности, и зачастую помешанных на борьбе с плотью – бестелесные Небеса, компьютеризированный рай. Манипуляции с сознанием обыденны и явно более важны, чем манипуляции с классической техникой. Специализация и модификации тела — тривиальны. И Homo Sapiens уже не носитель высшего знания – «ИИ (искусственный интеллект) решили проблему, но сказали, что не смогут нам объяснить, как».

Но классическое средневековье – ещё не наступило. Тёмные века движутся на этот мир извне – и изнутри, но в облике чуждой формы разумной жизни. Извне – движется «Роршах», то ли космический корабль, то ли нечто труднопостижимое, нагруженное странной живностью; «цивилизованной», но лишённой сознания – причём как индивидуального, так и коллективного. Не осознающей себя. Сознание – даже для нас лишь зеркало, в котором отражаются движения живущего в человеке ОНО. Как показывают многочисленные эксперименты, решения принимаются до того, как в игру вступает дневное Я – его просто ставят в известность. Раса, которой принадлежит «Роршах», лишена и Я, и даже Мы.

Изнутри – поднимается возрождённая биотехом разумная раса, древняя хищная разновидность Homo Sapiens, отголоски памяти о которой превратились в легенды о вампирах. Её разум – почти лишён Я. Её восприятие времени таково, что прошлое – лишь ещё одна ветвь реальности, существующей здесь-и-сейчас. Это ходячее воплощение средневекового лозунга, озвученного Иоанном Дамаскиным – «я ничего не скажу о себе», ибо нет никакого я. И одновременно типично средневековый анахронизм – во всех смыслах.

Так же Pax Romana встретился с формами жизни, одетыми в волчьи шкуры и оснащёнными психикой, не имеющей ничего общего с мышлением античного оратора, юриста, учёного – да и просто горожанина. Равным образом, волна иного разума поднималась внутри «лимеса» — в форме странных учений, отвергающих «дневной» взгляд на реальность. В итоге на обломках античного Я-мира торжествует мир, где Я размывается до степени атавизма. Мир Уоттса падает под натиском древнего хищника, воплощённой архаики, варвара – обладающего столь же специфическим мозгом. Пришедшего извне – или приглашённого в качестве «федерата».

Парадоксальным образом, научная фантастика совершает круг, смыкаясь со средневековой апологией отказа от собственной личности. В «Ложной слепоте» сознание – это лишь побочный шум, отнимающий ресурсы мозга.

«Спин» Уилсона отличается странным дуализмом. Главный герой – агностик, типичный обитатель «дневного» мира. Однако параллельная линия, буквально шаг за шагом дублирующая основную, связана с религиозностью апокалиптического толка. Ключевая особенность текста укладывается в одну цитату.

«Кто-то учинил это умышленно, кто-то столь могущественный, что его можно назвать и богом». Всеблагое квазиорганическое божество, пути которого неисповедимы, и является действительным героем романа. Человек может познавать его замыслы – но не более. Все действия Homo исчислены заранее. Никакого реального влияния на ход глобальных событий он оказать не в состоянии. Это уже мироощущение, абсолютно чуждое классической научной фантастике – зато совершенно типичное для «архаики».

Так обстоят дела на загнивающем Западе. На нашем загнивающем Востоке всё куда более тривиально. По признанию одного из авторов НФ, «в нашей фантастике не хватает будущего». Идеи и тексты вторичны, и зачастую нелепы даже с точки зрения школьной программы. Однако, есть несколько книг, заслуживающих внимания. Рассмотрим одну из них. Юлия Зонис апеллирует к реалиям нового средневековья уже в самом названии «Инквизитора и нимфы». И это название амбивалентно: нимфа здесь – не персонаж греческой мифологии, а стадия развития в биологическом цикле.

В отличие от Уилсона и Уоттса Зонис сознательно конструирует мир нового средневековья, показывая его таким, каким он действительно может быть. Три цивилизации — три возможных пути, по которым движется средневековый социум; биотехнологический вариант, вариант, связанный с погружением в виртуальную реальность, и вариант с прямыми манипуляциями сознанием. Цивилизация, пошедшая третьим путём — это мир, где сетевая структура, прямо копирующая облик средневековых орденов, правит планетами. С той разницей, что исповедника заменил эмпат-ридер, и бог оказался не нужен.

«Специализированный» человек, а не техника снова становится ключевым компонентом орудия и оружия — метафора средневековых ремесленников и рыцарей. И именно такое развитие оказывается предпосылкой для сознательного отказа от ряда технологий. Так индийские ремесленники создавали совершенные ткани на примитивнейших станках – просто потому, что имевшиеся под рукой механические не могли справиться с тончайшей нитью.

Как и в «Ложной слепоте», как и в «Спине» — человек не центр вселенной. Он – буквально прах, часть биологического цикла в «саду», созданном иной формой жизни. Однако – в этом близость к действительно средневековому мироощущению – и пыль может влиять на ход истории. Обитатель «медиевала», не ощущая себя центром вселенной, полагал себя более значимым для неё, чем носитель «традиционного» разума – неважно, современный или античный.

Ещё одно ключевое отличие – в западных текстах наука исследует давно привычные области. Этот диковатый анахронизм начисто отсутствует в «Инквизиторе». «Дневные» методы познания неизбежно ведут на «ночную» сторону бытия. Позитивистская рациональность используется для объяснения «иррационального»: «магический» ритуал основан на знаниях в области квантовой механики, исследования в области телепатии ведутся методами генетики и молекулярной биологии. Передовая наука оборачивается своей исходной формой: вплоть до 17 века она — это «натуральная магия». Именно под таким названием вышел в 1589-м году вполне научный труд, описывающий свойства магнита, и именно это определение прилагалось к упражнениям граждан, которых современные биографы почему-то называют учёными. «Инквизитор» — именно научная фантастика. Однако здесь позитивистское знание используется для шага в сторону от позитивистской же парадигмы.

Изменяется и способ описания мира, подстраиваясь под сам мир. В текстах Уилсона и Уоттса за неосредневековой динамикой наблюдает носитель сугубо рационального сознания – этакий янки при дворе короля Артура. Зонис говорит о новом средневековье средневековым языком – не в смысле лексики, а в смысле базового способа восприятия. Имя главного героя отсылает к притче о садовниках и притче о горчичном семени, а заодно к смыслам, связанным с первым, еврейским именем евангелиста Марка. Генерал, потерявший ногу на войне, при ближайшем рассмотрении оказывается чем-то иным – ибо на гербе «его» семейства мы видим сугубо безногую ползучую тварь, отсылающую разом к книге «Бытие» и ещё одному змею из столь же нетривиальной книги. Это царство символов и знаков под слоем очевидного – пожалуй, единственно верный способ описания нового средневековья.

В порядке мелкого богохульства можно сравнить «Инквизитора» с «Апокалипсисом».

Иоанн – один из первых людей средневековья, заброшенный в античность. Он — посреди ещё рационального, дневного римского мира — уже в медиевальной гиперреальности. Зонис – пожалуй, тоже пример такого мироощущения.

Иными словами, после десятилетий пребывания в уютном эскапистском болотце, органичной частью которого были псевдосредневековые фенечки вроде Гарри Поттера и прочих Фродо, Хомо Сапиенс снова заинтересовался будущим. Парадокс, однако, состоит в том, что оттуда на него смотрит уже не привычный лик вечного прогресса и торжествующего разума. Что-то другое вглядывается в нашу реальность – что-то слишком похожее на настоящее средневековье.

Статьи по теме:

• Будущее в фантастике
• Революция NHOT: Сумма технологий для человека.
• Культ карго — религия халявщиков
• Читая «Записки диверсанта» Старинова
• Фотографии журнала LIFE, вошедшие в историю
• Украина, глазами иностранца
• Типы собеседников в интернете
• Тень

Первое правило программиста

Разделяй и властвуй.
(© предположительно Гай Юлий Цезарь)

Смысл: дели большую задачу на маленькие и решай их по очереди. Однако помни о задаче в целом: все маленькие решения должны в конечном итоге вести к решению большой задачи.

Второе правило программиста

Лучше день потерять, зато потом за пять минут долететь.
(© Орёл из м/ф «Крылья, ноги, хвосты»)

Признак хорошего программиста — автоматизация собственной деятельности.
(© ibigdan)

Никогда нет денег и времени, чтоб сделать всё как надо. Но на то, чтоб потом переделывать, и время и деньги находятся.
(© Закон Хеопса)

Смысл: недостаточно успешно закончить задачу, нужно выйти из неё с новым багажом. Создавай не только конечные решения, но и методы + инструменты — всё это пригодится в этом и в следующих проектах. Делай это, даже если поджимают сроки, потому что если ты не растёшь — ты отстаёшь. Заказчику и начальнику на это плевать, тебе нет.

Третье правило программиста

Read The Fucking Manual
(© отчаявшийся сисадмин)

Знание некоторых принципов легко компенсирует незнание некоторых фактов.
(© Гельвеций)

Воображение важнее знания. Знание ограничено. Воображение охватывает весь мир.
(© А.Эйнштейн)

Смысл: вы должны уметь взлетать высоко и нырять глубоко. Уметь увидеть задачу в целом и уметь разобрать её до мельчайших деталей. Без системного мышления и аналитического склада ума в программировании делать нечего.

Четвёртое правило программиста

Зри в корень.
(© Козьма Прутков)

Не так много сущностей, как взглядов на них. Сущность — основа решения, взгляд на неё — доработка под конкретную задачу.
(© ibigdan)

Смысл: например «директор» — это не человек, это должность, которую может занимать человек (а может никто не занимать). И «Иванов Пётр Сидорович» — не человек, а фамилия, имя и отчество, то есть атрибуты человека. Человек — это тело, живое или мёртвое, с кучей атрибутов Обычно до таких нюансов при проектировании не опускаются, поэтому большинство автоматизированных систем управления очень негибкие.

Пятое правило программиста

Правильно назвать — значит правильно понять.
(© неизвестный автор)

Ответь на вопрос «что это ?» — получишь термин. Ответь на вопрос «зачем это ?» — получишь смысл. Возможно на вопрос «как лучше это сделать ?» отвечать уже не придётся.
(© ibigdan)

Суть программирования в том, что бы разобрать предметную область на мелкие куски (анализ) и воссоздать её в компьютере в виде работающей модели (синтез).
(© ibigdan)

Смысл: всё программирование сводится к чередованию анализа и синтеза. Причём анализ может быть математическим, функциональным, объектным — любым. И язык синтеза тоже значения не имеет. Важно только понимание и грамотное выполнение этих двух этапов.

Шестое правило программиста

Не плоди сущностей сверх необходимого.
(© В.Оккам)

Пусть это будет просто: просто, как только можно, но не проще.
(© А.Эйнштейн)

Совершенство достигнуто не тогда, когда нечего добавить, а когда нечего удалить.
(© неизвестный автор)

Дублирование и избыточность — признак неправильного понимания предметной области.
(© ibigdan)

Смысл: если сущность появляется в автоматизированной системе более одного раза, значит вы серьёзно накосячили при проектировании. Пример: «Иванов Пётр Сидорович, должность: врач, место работы: урологическое отделение». Потом у него случается инфаркт и опа! — объект номер два: «Иванов Пётр Сидорович, пациент, кардиологическое отделение». На самом деле это один и тот же человек, но в системе числится как два разных, не связанных между собой. Причём это типовая и элементарная ошибка проектирования, а есть куда более запутанные. Большинство АСУП состоят из таких ошибок более чем полностью.

Седьмое правило программиста

Сложные проблемы всегда имеют простые, лёгкие для понимания, неправильные решения.
(© айтишный фольклор)

Если маленький простой предмет увеличить в 100 раз, то он станет большим и сложным.
(© ibigdan)

Когда мы пытаемся вытащить что-нибудь одно, оказывается, что оно связано со всем остальным.
(© Закон Мура)

Смысл: несколько смыслов. Не спеши радоваться найденному решению, возможно оно учитывает сущности, но не учитывает связи. Старые решения могут не работать на новых задачах другого масштаба. Вообще о проблемах масштабирования лучше Джоела Сполски не расскажешь.

Восьмое правило программиста

Программный продукт, моделирующий некую предметную область, физически не может быть проще этой предметной области.
(© ibigdan)

Следствие: универсальный программный продукт на несколько порядков сложнее специализированного, поскольку охватывает группу взаимосвязанных областей.
(© ibigdan)

Следствие: программный продукт который может всё — бесконечно сложен, а значит невозможен в принципе.
(© ibigdan)

Смысл: увы, никто не выделит вам ресурсы на поиск ответа на «главный вопрос жизни, вселенной и ваще». Ищите компромиссы между желаемым и возможным.

Девятое правило программиста

При автоматизации организационного управления на основе использования ЭВМ следует помнить, что главным залогом ее успеха является коренное изменение традиционной технологии организационного управления.
(© В.М.Глушков)

Автоматизация не самоцель, а инструмент оптимизации деятельности предприятия. Если автоматизация не оптимизирует, то в ней нет никакой необходимости.
(© ibigdan)

Смысл: нет большего идиотизма, чем автоматизировать бумажный документооборот, создавая его точную копию в компьютере. Некоторые программисты так хотят сделать «привычный пользователю» интерфейс, что рисуют на экране бумажные листы, размещают на них строчки и таблички в том же виде, в каком они были на бумажных накладных и т.п. С маркетинговой точки зрения это оправдано, но только вот к автоматизации это отношения не имеет — раньше был хаос на бумаге, теперь хаос в компьютерной сети. Не нужно забывать, что документ — не сущность, а «бухгалтерский взгляд» на неё, сущность — это товары, перечисленные в накладной, вот реальный объект, операции с ним и нужно автоматизировать. Бумажный документооборот — это всего лишь попытка «автоматизации», которую произвели за сто лет до вас и до появления компьютеров, не нужно её автоматизировать, нужно её заменить. Это был пример, таких моментов полно в любой области.

Десятое правило программиста

Если рассмотреть проблему достаточно внимательно, то вы увидите себя как часть этой проблемы.
(Аксиома Дучарма)

Смысл: а вот не скажу Это правило из тех, до которого нужно дойти самому, своими ножками, иначе его не понять. Но вот когда дойдёте до него, будете удивлены тем, как можно решить нерешаемые проблемы простым, но очень необычным способом.

Статьи по теме:

• Альберт Эйнштейн — 10 золотых правил
• 11 уроков Била Гейтса

krocodl:

работа любого специалиста в наше время довольно мифологична в том смысле, что даже если он абсолютно точно знает как оно есть на самом деле в своей области, относительно происходящего в соседних он неизбежно руководствуется некоторым набором личных мифов. Я вот например занимаюсь разработкой ПО, а вот относительно того как там на уровне железа (и даже на низком системном уровне) мои знания весьма мифологичны …
А обыватель вообще знает только на какую кнопку нажать чтобы получить какой-то результат, чем не современный ритуал … Телевизор или блюдечко на тарелочке, какая ему в сущности разница ???

grossmaster:

По теме: мне кажется, что любая цивилизация с содержательным технологическим разделением труда является магической.
возможно я ошибаюсь…

krocodl

мне кажется тут несколько порогов, переходимых одновременно:
1) просто накопление достаточно большого объема знаний, чтобы за типовое время обучения его нельзя было успеть усвоить хотя бы структурно
2) появление самих понятий «интерфейс» и «пользователь». То есть в принципе как только появляется ручка для типового некоторой сущности и множество людей, которым достаточно возможностей, предоставляемых ручкой, мы имеем возможность развития магического сознания
3) само появление технологии, то есть разделение целостного процесса на стадии, исполняемые малооплачиваемым персоналом, зато быстро и массово
ну и так далее … видимо дело в накоплении социумом некого критического набора знаний и умений (сами по себе модели), который вынуждает граждан в целях его освоения строить уже их модель, вторичную по отношению к реальности. Вследствие чего типовой член общества теряет возможность управлять моделью и понимать ее отличия от прототипа и начинает ее использовать как самостоятельную магическую реальность … как-то так. То есть получается, что магической в принципе является модель мира второго порядка

Статьи по теме:

• Старое и Новое средневековье
• Классовая борьба в мире мифов
• Викка за рубежом и в России
• Викка — религия магов
• Шаманизм — общие сведения
• Что могут сказать о человеке звёзды?
• Фотографии журнала LIFE, вошедшие в историю
• Украина, глазами иностранца

Автор: Александр Розов

За последние 10 лет откуда-то взялось множество людей, клеймящих в прессе магию, астрологию, фэн-шуй, йогу, викку, нагвализм, движение «эры Водолея» — New Age и многое другое, что в СМИ называют «паранормальными верованиями» (ПНВ).
Я решил пойти по стопам Линнея и Маркса: разделить клеймящих на классы и поискать у каждого мотив классовой ненависти к ПНВ.

1. Классификатор паранормальной классовой ненависти
2. Верхушка паранормальных верований. Ритуал.
3. Основание паранормальных верований. Миф.
4. О разных видах иррационального.
5. Чаша Грааля и чайный сервиз
6. Ключ на старт. Динамика мифов

1. Классификатор паранормальной классовой ненависти

Первый класс – священники ортодоксальной доминирующей церкви. Здесь все понятно: ПНВ предлагают обществу альтернативу – более современные, гибкие и качественные религиозные взгляды. Из-за ПНВ ортодоксия теряет монополию на духовном рынке. ПНВ проникают даже в среду ортодоксальных верующих, вытесняя церковные представления и затрудняя управление «паствой». Тандем церковь — государство тратит огромные ресурсы (материальные и административные), чтобы задурить людям голову катехизисом, а люди, прочитав одну статью по ПНВ, теряют интерес к церковному мистицизму, поскольку ПНВ лучше соответствует их запросам в т.н. «духовной сфере». Вот и мотив ненависти.

Второй класс – деятели традиционалистского искусства (в т.ч. школьные учителя и методисты). Здесь тоже все понятно: популярность взглядов ПНВ растет вместе с популярностью постмодернизма в искусстве. С социологической точки зрения это вообще две стороны одного явления: постмодернизации общества. Ценностная система, на которой строится традиционалистская художественная культура, сменяется оценочной системой постмодерна — т.н. «романтическим материализмом». Каноны искусства пересматриваются философией интегрального гуманитарного потребления. Литературные произведения и сценарии в духе традиционализма теряют сбыт, они вытесняются постмодернистскими жанрами: фэнтези, киберпанком, метафизической эклектикой и неосюрреализмом. Простая экономика.

Третий класс – специализирующиеся на естественных науках академические ученые и работники образования. Их мотив отчасти понятен. Во-первых, в лексиконе ПНВ иногда довольно неряшливо используется термины, естественных наук (энергия, сила, поле, волны, излучение). Во-вторых, ПНВ акцентируют внимание публики на эффектах, пока не объясненных современной наукой (а иногда еще и указывают на явные ляпсусы в научной прессе). В-третьих, отдельные деятели ПНВ рассуждают о проблемах науки, не имея достаточной квалификации. Многих ученых и преподавателей это раздражает.

Вот и вся классификация. Политики-традиционалисты и журналисты-морализаторы, консервативные издатели и ТВ-редакторы – все они этой классификацией описываются.
Посмотрим теперь внимательно на деятельность этих трех классов.

С первым (церковниками) и вторым (традиционалистами) все понятно. Психологические и социальные проблемы в ортодоксальной постановке уже не выглядят актуальными. На дворе другая эпоха, а на повестке дня совсем другие вопросы. Ортодоксальная «духовная продукция» не выдерживает конкуренции с ПНВ и постмодернизмом. Соответственно, два «ортодоксальных класса» стараются натравить на ПНВ и на постмодернизм все общественные и государственные институты, чтобы добиться хотя бы частичного запрета распространения этих систем.

Иначе обстоит дело с третьим (учеными). В отличие от «церковников» и «классиков», ученые не рискуют из-за ПНВ потерять свое место под солнцем. Естественные и точные науки являются главной движущей силой материального прогресса, основой современной цивилизации. Какие бы философские и гуманитарные концепции не доминировали в обществе, ни одна из них не сможет заменить науку в этом качестве. Отсюда следует, что «паранормальные верования» должны быть по большому счету безразличны для науки и ученых. ПНВ для науки не конкуренты, они могут раздражать ученых, но не более того.

2. Верхушка паранормальных верований. Ритуал.

Почему в академических кругах существует такой ажиотаж вокруг «проблемы ПНВ»?

Почему многие ученые–гуманисты объявляют ПНВ чуть ли не главным злом эпохи?

Почему в академии наук создаются комиссии и созываются совещания, посвященные исключительно поиску стратегии борьбы против «паранормальных верований»?

В октябре 2001 года прошел международный (надо же!) конгресс «Наука, антинаука и паранормальные верования» на котором был настоящий парад академиков.

Один очень уважаемый физик, лауреат престижных международных научных премий неоднократно удивлял публику речами, в которых обличал астрологию и убеждал, что не нужно верить гороскопам. Другой столь же уважаемый физик с мировым именем подписал открытое письмо — обращение против экстрасенсорики и биоэнергетики.

Как объяснить все эти странности?

Обычно ученые-гуманисты, участвующие в борьбе против ПНВ, отвечают на этот вопрос так: «Паранормальные верования антинаучны и иррациональны по своей сути, они дезориентируют людей, внушают им ложные представления о действительности и мешают распространению современного рационального мировоззрения».

Ответ не честный. Если бы ученые действительно так думали, их позиция должна была быть совершенно иной, чем просто борьба против ПНВ. Посмотрим на общественную жизнь глазами рационально мыслящего ученого – естественника. Что мы увидим?

Общество насквозь пронизано иррациональными, паранормальными и мифологическими представлениями. Дело даже не в том, что подавляющее большинство людей придают значение множеству примет (черная кошка, разбитое зеркало, сны с четверга на пятницу и т.п.). Все гораздо глубже.

Грустный пример: существует понятие «ритуальные услуги». Так называются действия, совершаемые с телом умершего человека и вокруг него. Если бы не существовало иррациональных и антинаучных паранормальных верований, тело можно было просто сжечь, как мусор, а пепел – выбросить на свалку. Но эти верования существуют, причем повсеместно, так что проводы покойника сопровождаются сложным магическим ритуалом, происходящим от наших предков, живших более 200 тысяч лет назад.

Веселый пример: существует понятие «свадебные торжества». Так называются действия, совершаемые вокруг юношей и девушек, которые решили вести совместное хозяйство, регулярно заниматься сексом друг с другом и в обозримой перспективе обзавестись общим потомством. Если бы не существовало паранормальных верований по этому поводу, то вся публичная часть брака сводилась бы к регистрации юридического факта образования совместного хозяйства. Но в жизни мы наблюдаем красочный и сложный ритуал, происходящий от неолитических верований, связанных с плодородием.

В новейшее время многие люди перестали следовать этому ритуалу, но не просто так, а заменив его по своему выбору на другие ритуалы, также происходящие из глубокой древности и призванные магическим образом обеспечить благополучие им и потомству.

Совсем веселый пример – праздник «Новый год». Елка с гирляндами, игрушками, и прочими украшениями, Дед Мороз и Снегурочка, приносящие под эту елку подарки. Не говорите, что все это – только для детей. Достаточно посмотреть на вполне взрослых дядь и теть, которые накануне 31 декабря нарезают круги по городу, чтобы приобрести все вещи, необходимые для правильного проведения ритуала встречи нового года – и станет ясно: это – вполне взрослое иррациональные и антинаучное паранормальное верование, в которое вовлечено практически все население планеты.

Но и это только верхушка иррационального и паранормального айсберга цивилизации. Его основание лежит гораздо глубже. Откуда берутся «общечеловеческие представления» о справедливости, праве, чести, достоинстве и тому подобных вещах?

3. Основание паранормальных верований. Миф.

Философы самых разных школ: Кант, Кампанелла, Толстой, Спиноза, Вернадский пытались выразить это в виде постулатов или кодексов, и каждый раз получилась нечто несуразное и практически непригодное. Современные трактаты гуманистов не лучше. В них постулируются какие-то «самоочевидные ценности», но при столкновении с реальностью (в которой присутствуют военные конфликты и терроризм, порожденные жесткой конкурентной борьбой правительств, корпораций, конфессий и кланов) вся очевидность рассыпается, как карточный домик. Философы-гуманисты с завидной регулярностью пишут: «самоочевидно, что потребительское отношение к человеку – это плохо». Но они не могут привести ни одного примера общества, в котором было бы иное отношение к человеку. На чем, в таком случае, базируется тезис о самоочевидности? Не на опыте и не на рациональных построениях, а на современном гуманистическом мифе.

Как показал Робин Локсли в статье «застрянцы паралита», труды этих философов представляют собой неуклюжую попытку закамуфлировать красивыми словами одну очень простую вещь: в действительности гуманистические принципы происходят как раз из потребительского отношения к человеку, и не из чего другого.

Локсли привел сравнение: 3000 лет назад 1 железный топор стоил столько же, сколько 10 рабов, а сейчас цена железного топора эквивалентна 30 минутам рабочего времени в развитой стране. В рабовладельческую эпоху цена человека была того же порядка, что и цена тяглового животного. Это понятно: люди плодились сами собой при наличии корма и стойла. Сегодня цена трудоспособного человека в цивилизованном обществе огромна по сравнению ценой товаров, выпускаемых на конвейере или животных, выращиваемых на современной ферме. На создание человека от его зачатия до получения им необходимых знаний и квалификации, затрачивается порядка 100 тысяч человеко-часов труда других людей. Себестоимость цивилизованного человека в среднем около 2 миллионов евро. Футболистов, например, продают по ценам от 1 до 40 миллионов евро.

Гуманистический миф обобщает эту реальность в повествовательной форме, рассказывая о том, что человек стоит очень дорого (для мифа не важно, сколько именно), поэтому его надо беречь и считаться с его желаниями. Современные ученые — гуманисты, хоть и выступают за научный рационализм, но здесь предпочитают опираться на миф. Еще бы: рациональные построения чреваты скользкими вопросами. Могут даже обвинить в поощрении работорговли или (о, ужас) в оправдании геноцида нецивилизованных народов. Радикальная фритредерская этика, помноженная на возможности эпохи НТР, может вызвать у широкой публики и такие, и еще более шокирующие ассоциации.

Поди, убеди публику, что она не так поняла (а публика часто понимает «не так»).

Вернемся к проблеме «паранормальных верований» (ПНВ) и к коллективам ученых, которые против этих «верований» борются. Отступление, сделанное выше, показывает, что мотив «Паранормальные верования антинаучны и иррациональны по своей сути, они дезориентируют людей, внушают им ложные представления о действительности и мешают распространению современного рационального мировоззрения» — не честен.
Сейчас оказывается, что эти ученые в гуманитарных вопросах сами предпочитают «антинаучные» мифы о человеке научным, рациональным представлениям.

Я ни в коем случае не хочу упрекнуть этих ученых в отступлении от научного идеала. Ведь, если разобраться, мифы необходимы. Миф – это динамичная повествовательная концепция социального устройства, легко воспринимаемая человеком. Никакую другую достаточно ясную и динамичную форму никому из философов пока создать не удавалось.

Человек с детства усваивает социальные представления из мифов. В начале – из детских сказок с характерными фантастическими персонажами, затем — из типовых сюжетов более взрослой литературы и поэзии, наконец, из мифологизированной истории. В реально происходившей истории никогда не было ни таких героев, ни таких событий, которые присутствуют в апелляциях к прошлому опыту. Непрерывный процесс мифотворчества лепит из глины прошлого те образы, которые соответствуют запросам сегодняшнего дня.

2500 лет назад античные боги и герои, представленные в мифах, держали на своих плечах прогрессивные цивилизации Эллады и Рима. Герои современных мифов держат на своих виртуальных плечах постиндустриальную, постмодернистскую цивилизацию НТР.

4. О разных видах иррационального.

Если мы внимательно посмотрим на деятельность ученых, то увидим, что они выступают не против влияния иррациональных и паранормальных мифов вообще, а только против мифов, возникающих в русле постмодерна. Ортодоксальная мифология возмущает этих ученых только когда церковь совсем нагло лезет в дела науки и образования (например, требует запрета теории эволюции). Три атеиста, академика — естественника из комиссии РАН по борьбе с лженаукой были не против изучения в библии в школе. Но преподавание прагматичных основ психофизического здоровья с элементами йоги, даосизма, фэн-шуй и дзен вызывало у них острый протест: нельзя! Это ПНВ и постмодерн!

В чем дело? Грехопадение, воскресение Христа, обещание посмертного рая праведникам и ада грешникам более рациональны, чем энергия ци, медитация и принцип у-вей? Но все наоборот! Мифология йогов и даосов ненаучна, но созданные ими упражнения хотя бы приносят пользу здоровью (это вывод всемирной организацией здравоохранения). А мифы библии и ненаучны, и совершенно бесполезны. Следуя рекомендациям библии, можно лишь повредить здоровью, причем сильно – вплоть до психосоматических расстройств. Психозы на почве изучения Апокалипсиса – это уже целое направление в психиатрии.

После внимательного ознакомления с позицией ряда ученых-гуманистов я обнаружил причину. Оказывается, они попались на церковную утку о раздельности веры и разума. Суть в том, что библейская вера существует якобы отдельно от рациональных, научных представлений и не касается устройства материального мира, толкуя лишь о неком «духовном мире». Единственным пересечением веры с материальной практикой является область морали, но тут – говорит церковь – нет проблемы, ведь евангельские заповеди согласуются с принципами гуманизма и светской морали. А дальше церковь делает вывод: у библейской веры и у науки общий враг: «паранормальные верования», или, если шире – философия постмодернизма. Это – «ложная вера», которая, к тому же, вмешивается в толкование материальных закономерностей, т.е. в сферу науки, отрицая объективность науки и сея сомнения в твердо установленных научных истинах. В свете всего сказанного церковь предлагает объединиться и победить «общего врага», чтобы потом поделить сферу познания: церкви – «духовное знание», а науке – знания о материи.

Поразительно! Как можно принять всерьез такой чудовищный бред?

5. Чаша Грааля и чайный сервиз

Во-первых, любой знает, что у человека не две головы, а одна. Ей он и думает, и верит. Допустим, в этой голове есть вера, что мир (материальный!) создан и управляется неким богом, причем в библии написано, как все это происходит, и что в связи с этим человек должен делать. И как в этой голове может существовать научное мировоззрение?

Во-вторых, ну прочтите вы моральные заповеди библии, они пересекаются с гуманизмом только в нескольких трюизмах (убивать и грабить ближних – нехорошо). Во остальном мораль библии диаметрально противоположна гуманизму, поскольку все естественные человеческие желания и саму человеческую природу библия объявляет греховными.

В-третьих, если подумать 5 минут, станет ясно: сама идея разделения на познаваемый наукой материальный мир и непознаваемый наукой духовный (сверхъестественный) мир, сразу ставит жирный крест на научном мировоззрении.

В-четвертых – а давайте-ка разберемся с «твердо установленными научными истинами». Что это за зверь такой? Рациональная теория познания говорит нам, что любая истина относительна. Естественнонаучная истина – это приближенная закономерность поведения некоторых характеристик материальных объектов конкретного типа в определенном диапазоне физических условий. И не более! Вся материальная культура построена на знании таких закономерностей, но это не дает основания их абсолютизировать.

В-пятых: Приведу две цитаты.

Первая цитата – типичный постмодернизм. «Вырисовываются контуры новой рациональности, к которой ведет идея нестабильности. Эта идея кладет конец претензиям на абсолютный контроль над какой-либо сферой реальности, кладет конец любым возможным мечтаниям об абсолютно контролируемом обществе. Реальность вообще не контролируема в смысле, который был провозглашен прежней наукой… В Китае была развита впечатляющая наука, никогда, однако, не касавшаяся вопроса о том, как падает камень — идея законов природы в том юридически-правовом смысле, в каком мы их понимаем, была чужда китайской цивилизации. Для китайца Вселенная представляла собой когерентное образование, где все события взаимосвязаны. Я надеюсь, что наука будущего, сохраняя аналитическую точность ее западного варианта, будет заботиться и о глобальном, целостном взгляде на мир. Тем самым перед ней откроются перспективы выхода за пределы, поставленные классической культурой Запада».

Вторая цитата — типичное «паранормальное верование» (ПНВ).

«Наука — это диалог между человеком и природой, — диалог, а не монолог, как показали концептуальные трансформации, происшедшие за несколько последних десятилетий. Наука стала частью поисков трансцендентального, общих многим видам культурной деятельности: искусству, музыке, литературе»

Лженаука? Да нет. Это фрагменты статей «Философия нестабильности» (1991) и «Наука, разум и страсть» (1997). Автор обоих статей — Илья Пригожин (1917 –2003), один из величайших физиков столетия, лауреат Нобелевской премии по химии, 1977, самый титулованный ученый мира, член 70 академий и почетный доктор 40 университетов.

Я понимаю авторитетных ученых-гуманистов. Они пришли в науку, когда парадигма была более четкой. Пришли искать истину, и в этом было некое интеллектуальное рыцарство. Что бы почувствовали рыцари Круглого Стола, если бы Мерлин сказал: «Парни, никакой Чаши Грааля нет, зато есть классный чайный сервиз из множества чашек и блюдец»?

Думаю, им бы очень не хотеть в это верить, хотя они и знали, что в таких вещах Мерлин никогда не ошибается. То же самое и с нашими учеными. Всегда жаль расставаться с идеалами – даже если эти идеалы оказались ложными. Но это ведь не повод отбрасывать здравый смысл и начинать верить в лживые сказки, которые вам услужливо подсовывают нечистоплотные дельцы от ортодоксальной церкви или от богемного традиционализма.

Если мир нестабилен, то не стоит считать его стабильным, даже если на вид это удобнее.

6. Ключ на старт. Динамика мифов

Как я уже говорил, именно мифы образуют динамическую повествовательную концепцию социального устройства, да и вообще концепцию целостного мировоззрения. И, если мы говорим о прогрессе, то ключевое слово здесь: «динамическая». Мифы подвержены такому же размножению и естественному отбору, как живые существа. Мифы рождаются, смешиваются, конкурируют, распадаются и реструктурируются. Множественность мифов — это потенциал развития общества и мировоззрения. Если в обществе уничтожены все мифы, кроме одного, то общество обречено на стагнацию. Время как бы останавливается и жизнь превращается в аналог безумного чаепития из «Алисы в стране чудес». Миф из года в год воспроизводит сам себя. Так было в Европе в эпоху тысячелетней христианской теократии с V по XV век, до самого Возрождения античности. Темные века. Болото. И, кстати, трогательное единство науки с церковью. Церковь следила за незыблемостью мифа, а наука придумывала схоластические доказательства того, что миф должен быть незыблем и в дальнейшем. Это безумное чаепитие прекратилось только потому, что за тысячу лет исчерпались запасы чая и пирожных. Население понемногу выросло и ему стало просто нечего жрать. Пришлось в аварийном порядке возвращаться к некоторому мифологическому разнообразию, чтобы вновь запустить остановленный прогресс.

В свете сказанного, социальный эксперимент с союзом науки и веры вокруг единственно верного мифа можно признать неудачным и постараться его не повторять, каким бы привлекательным не выглядел рекламный постер на церковной колокольне.

Конечно, современные скорости изменений, в т.ч. и скорости порождения новых мифов могут смутить любого, кто привык к размеренному и неизменному укладу жизни. Еще бы: кажется, недавно Гагарин полетел в космос, а потом Армстронг прошелся по поверхности Луны — и вот они оба уже персонажи героического мифа. Для сегодняшних тинэйджеров их исторические полет – это события далекого прошлого, примерно как Троянская война, открытие Америки или первый паровоз Стефенсона. Но, судя по росту благосостояния цивилизации, это ускорение – естественный и здоровый процесс. Не надо ему мешать и не надо из-за него кипятиться попусту. А если что-то кажется неправильным в современной мифологии, то почему бы ученым-гуманистам не попробовать дополнить спектр мифов своим собственным мифом – таким, который по их мнению, лучше существующих.

Как писал в «Философии нестабильности» Илья Пригожин: «Новое отношение к миру предполагает сближение деятельности ученого и литератора. Литературное произведение, как правило, начинается с описания исходной ситуации с помощью конечного числа слов, причем в этой своей части повествование еще открыто для многочисленных различных линий развития сюжета. Эта особенность литературного произведения как раз и придает чтению занимательность — всегда интересно, какой из возможных вариантов развития исходной ситуации будет реализован… Такой универсум художественного творчества весьма отличен от классического образа мира, но он легко соотносим с современной физикой и космологией».

Настоящие ученые – это люди, по определению творческие. Если они чувствуют в себе не только научное, но и общественное призвание, то почему бы им не попробовать себя в амплуа творцов новых конструктивных мифов? Миф – слишком серьезное дело, чтобы отдавать его на откуп священникам и политикам.

Статьи по теме:

• Революция NHOT: Сумма технологий для человека.
• Соцфилософия: The Matrix has you. Why?
• Осторожно: неофит! Пути и ошибки новоначальных
• Модели рынков религиозного товара
• Культ карго — религия халявщиков
• Десакрализация. За нешгайское отношение к науке.
• Я увидел Луну!!!
• Шри-Янтра — древнейший инструмент…

В начале – несколько слов о том, почему я считаю возможным рассматривать религии, как разновидность товара (услуги), и применять к социальным процессам вокруг религий те модели, что и в описании производства, сбыта, конкуренции, прогресса и инновации.

В социологии: блага (goods) определяются как средства удовлетворения человеческих потребностей и подразделять их на духовные и материальные. К духовным благам относится, в частности, разные формы искусства, развлечения и религии.

Потребительские блага (consumer goods) — это публично распространяемые товары и услуги, непосредственно удовлетворяющие потребности человека. Религии этому определению соответствует. Религии публично распространяются и приносят религиозным объединениям деньги, или влияние, или и то и другое.

Конкурентную борьбу религий мы наблюдаем на протяжении всей истории человечества. Можно предположить, что к прогрессу религий применим тот же ключевой принцип, что и к прогрессу производства других благ: принцип инновационного товара (innovative goods, innovative product). Инновационным называют товар, удовлетворяющий новые потребности или существующие потребности принципиально новым способом. С этой точки зрения я рассматривал «новые религиозные движения» (НРД) и «паранормальные верования» (ПНВ) в статье «Классовая борьба в мире мифов» (*)

ЖЖ-автор Alamar в обсуждении моей статьи оспорил тезис: «Психологические и социальные проблемы в ортодоксальной постановке уже не выглядят актуальными. На дворе другая эпоха, а на повестке дня совсем другие вопросы. Ортодоксальная «духовная продукция» не выдерживает конкуренции с ПНВ и постмодернизмом».

Он высказал следующую мысль: «Считаю, что в некоторых областях просто не должно быть конкурентной борьбы. Тогда, когда речь идет об уникальных продуктах, потеря которыми возможности к существованию ведет к заведомому обеднению информационного пространства. Журнал Компьютерра не должна быть вынуждена конкурировать с очередным журналом «твердый и мягкий». Группа Настя не должна быть вынуждена конкурировать с очередным выводком телезвезд. Христианство не должно быть вынуждено конкурировать с очередной пачкой проходимцев-паранормалов. Иначе мы получаем мир без Компьютерры, без нормальной музыки и без вменяемых религий».

Мысль запретить такую религиозную конкуренцию принадлежит не Alamar’у а дьякону Андрею Кураеву:
«Общая задача у современной школы и у Церкви: вырвать человека из плененности сиюминутным, из под гнета “современности”, и дать ему возможность отдышаться под высокими сводами Традиции… есть множество субкультур в реальном мире, облекающем нас со всех сторон. И между этими субкультурами нет равенства. Нет равенства между субкультурой дискотеки и субкультурой консерватории. Нет равенства между субкультурой НТВ и субкультурой Русского Музея. Нет равенства между субкультурой магии и субкультурой Православия». (А. Кураев, «Пространство культуры»).

Сравнивая тексты Alamar’а и Кураева, легко убедиться, что в них не только продвигается один и тот же тезис, но и псевдоаргументация из последовательных парных сравнений практически не отличается.
Консерватория — дискотека — (у Кураева),
Группа «Настя» — «выводок телезвезд» (у Alamar’а).
В конце обоих текстов стоит пара: христианская ортодоксия – НРД и делается вывод: нельзя допускать свободной конкуренции между НРД и христианством.

Почему я говорю о псевдо-аргументации? А потому, что у Кураева (и Alamar’а) есть лишь имитация логического рассуждения, в котором логика на самом деле отсутствует.

К примеру, оцените такое рассуждение:
Не может горбатый «Запорожец» конкурировать с «Фольксвагеном» — жуком.
Не может Филипп Киркоров конкурировать с Пласидо Доминго.
(Следовательно) не может самогон конкурировать с клетчатым портвейном №33.

Первые две посылки понятны, но как, из них следует вывод? А никак не следует. У Alamar’а и Кураева — аналогичный случай. Первые два очевидных неравенства приведены для того, чтобы читатель по инерции принял и третье – неочевидное или просто ложное.

У Кураева неравенство «между субкультурой магии и субкультурой Православия» подкреплено библией: «На языке Евангелия это выражено в знаменитых словах Христа о том, что “если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего и матери, а притом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником” (Лк. 14,26)… тот, кто зациклится на “диалоге культур” — сможет так и не заметить того высшего диалога, ради которого и был создан человек. Идеологические шумы могут не дать ему расслышать приглашение к диалогу с Богом». (А. Кураев, «Пространство культуры»).

Агностик Alamar не может прямо ссылаться на библейские новеллы о взаимоотношениях бога с человеческим родом, но он делает это косвенно. По его утверждению, религии вроде католицизма, ислама или православия формировались много веков за счет интеллектуальных усилий теологов, и приобрели, якобы, особую ценность, которой нет у новых религиозных движений (НРД) – это он предлагает признать априори.

С точки зрения здравого смысла, это предложение порочно.

Во-первых: Если принять за аксиому утверждение об особой ценности, которая растет пропорционально времени существования религиозного учения, то наиболее ценной следует считать религию австралийских аборигенов. Достоверно известно, что она существует около 20 тысяч лет, что на порядок превышает возраст «мировых религий».

Во-вторых: Рассуждения о каком-то предмете имеют ценность, только если сам предмет существует, как возможная физическая реальность, или как модельный объект формальной системы (например, математический объект). В отношении предмета теологии, это условие не выполняется, следовательно, даже миллион лет таких рассуждений не создает никакой ценности, кроме, быть может, художественной (при условии, что эти рассуждения написаны хорошим литературным языком).

Таким образом, следует отбросить гипотезу об априорной «особой ценности» религий с большим сроком выдержки и построить шкалу ценностей каким-то более прагматичным образом. Опираясь на прагматику, мы можем оценивать распространение религий так же, как распространение на рынке материальных или интеллектуальных товаров (услуг).

Здесь есть три варианта:

1. Обратиться к независимым экспертам по сравнительному религиоведению.
2. Оценить объективные последствия той или иной религиозной политики.
3. Выяснить, насколько та или иная религия востребована рынком.

По варианту-1. Обращаясь к работам таких компетентных экспертов, как Дюркгейм, Малиновский, Томпсон, Торчинов, Фрейзер и Элиаде, мы видим, что они сводят ценность религии к эффективности контактов с трансцендентным. По этому признаку предпочтение должно быть отдано первобытному магизму, в котором общение такого рода встречается в наиболее чистом виде. Забавно, но мы снова приходим к религии аборигенов Австралии.

По варианту-2. Обращаясь к истории, мы видим, что любая политика, основанная на жестком приоритете какой-то одной религии, приводила к войнам, стагнации, нищете и прочим бедствиям. Напротив, религиозный плюрализм и индифферентность приводили к росту благополучия общества. Исходя из этого наблюдения, в международное право включены нормы о свободе совести и полностью равноправном диалоге религий.

По варианту-3. Обращаясь к массовому потребителю, мы видим, что его выбор на рынке религий определяется пятью критериями религиозного продукта (метафизического товара):

1. Эффективность контактов с трансцендентным в этой религии.
2. Плюрализм, т.е. возможность практиковать и эту религию и другую.
3. Доступность и ясность изложения доктрины этой религии.
4. Интригующая яркость сюжетов и экспрессия мифов этой религии.
5. Совместимость этой религии с популярными научными представлениями.

Первые два критерия совпадают с оценками по первому и второму вариантам, следующие два характеризуют потребительское поведение на рынке интеллектуального продукта, а последний критерий отражает закономерное уважение к науке в эпоху НТР.

Как видим, поведение потребителей вполне согласуется с представлениями экспертов. Это еще раз подтверждает общую природу религий и потребительских товаров (услуг).

Надо учитывать, что сбыт (распространение) религии зависит не только от оценки ее качества потребителями, но и от интенсивности маркетингового воздействия. Методы продвижения религии на рынке аналогичны таковым для других товаров (услуг):

1. Пропаганда качества товара (услуги) в СМИ, в т.ч. «заказные статьи».
2. Наглядная агитация товара на рекламных щитах и зданиях.
3. Позитивные публичные высказывания авторитетных лиц о данном товаре.
4. Антиреклама продукции конкурентов (прямая или через «заказные статьи»).
5. Навязывание товара (услуги) через государственную систему сбыта.
6. Административное установление полной или частичной монополии на товар.

Последние три метода квалифицируются, как недобросовестная реклама, а последний метод в ряде стран считается криминальным нарушением антимонопольных законов. В странах, где допускается т.н. «естественная монополия» этот последний метод применяют корпорации, которые производят низкокачественный товар, который не имеет высокого потенциала сбыта в условиях честной конкуренции.

Предельной формой монополии и государственного протекционизма является закрытый рынок, который административно поделен между несколькими привилегированными производителями.

В отношении религиозного рынка этой форме монополии соответствует понятие «закрытая культура». Так называется культура, ограничивающая проникновение ценностей других культур и стремящаяся удовлетворить духовные потребности своих представителей исключительно за счет ограниченного спектра собственных ресурсов.

Закрытость культуры считается признаком интеллектуальной деградации (поскольку качество жизни определяется, в частности, и как разнообразие духовных потребностей, которые способен удовлетворить человек в условиях данного общества).

В статье «Классовая борьба в мире мифов» я указывал на ключевую роль конкуренции и разнообразия религиозных и вообще мировоззренческих мифов для развития общества: «Именно мифы образуют динамическую повествовательную концепцию социального устройства, да и вообще концепцию целостного мировоззрения. И, если мы говорим о прогрессе, то ключевое слово здесь: «динамическая». Мифы подвержены такому же размножению и естественному отбору, как живые существа. Множественность мифов — это потенциал развития общества и мировоззрения. Если в обществе уничтожены все мифы, кроме одного, то общество обречено на стагнацию». Пример: «Темные века» Европы. Аналогично: Россия при последних Романовых, Северная Корея при чучхе.

В современном российском обществе можно наблюдать процессы административной монополизации религиозного рынка в форме территориального раздела между участниками «Межрелигиозного совета России» (МСР), в который входит русская православная церковь, совет муфтиев России, а также две небольшие общины иудаистов и ламаистов. Параллельно с административными методами, идет массированная реклама православия (а в мусульманских анклавах — ислама).

Одновременно создается столь же массированный поток антирекламы религий, не входящих в МСР. Антиреклама направлена в первую очередь против «новых религиозных движений» (НРД) и «паранормальных верований» (ПНВ), поскольку они являются инновационным продуктом на религиозном рынке и обладают наиболее высоким конкурентным потенциалом (в странах, где после 2-й мировой войны возник свободный рынок религий, число последователей НРД-ПНВ уже превысило 100 миллионов).

Массированный информационный поток, транслируемый через подконтрольные государству СМИ, влияет на подсознание большинства жителей России, в т.ч. на подсознание нерелигиозных людей (по статистике Pitzer College доля атеистов и агностиков в России составляет 24 – 48 процентов). В результате можно наблюдать, как люди, в жизни которых религия не играет никакого роли, повторяют штампы: «Россия – страна православной культуры» или «оккультные секты зомбируют людей» и т.д. Возникают совершенно иррациональные и бессмысленные самоидентификации людей, например: «я – православный атеист» (это сказал Сергей Капица). Это — признак неконтролируемого сознанием отклика на массированную рекламу. Никто из них не может объяснить смысла сказанного. Рекламные слоганы и не должны иметь смысла («баунти» райское наслаждение» — где смысл?). Они должны просто отпечатываться в подсознании и автоматически воспроизводиться из него в ответ на определенный сигнал.

Случаи с агностиком Alamar’ом и атеистом Капицей объясняются обычной психологией массированного рекламного воздействия через телевидение и прессу.

После всего сказанного, может создаться совершенно пессимистическое ощущение, что доминирующая церковь при поддержке централизованных СМИ может продать всем, даже интеллектуально развитым людям, любую, самую нелепую религию. Но все не настолько плохо. Как известно, с помощью рекламы можно продать довольно плохой товар даже при наличии на рынке альтернативных товаров более высокого качества. Но даже самая мощная реклама не обеспечит сбыт «осетрины второй свежести» (т.е. просто тухлой осетрины) при наличии на рынке нормальной, съедобной рыбы. При фатальном отставании качества товара от запросов потребителя, такая технология не работает.

Так ураганная реклама, предпринятая католической церковью, не смогла убедить европейцев включить в конституцию ЕС пассаж о «христианских корнях Европы». Советник Ватикана по культуре был так раздосадован, что даже заявил о «гонении на христиан», хотя отношение к христианству в Европе вполне доброжелательное.

Конечно, Россия – это не ЕС, «у нас в России две напасти, внизу – власть тьмы, вверху – тьма власти». Но, как ни странно, внушает оптимизм тот факт, что православная церковь вынуждена апеллировать к аппарату государственного насилия, чтобы удержать свое монопольное положения в условиях конкуренции с НРД-ПНВ. Дело в том, что насилие на рынке применяется не от хорошей жизни. Это всегда крайнее средство, поскольку оно опасно для применяющего (ведь конкурент тоже может взять в руки дубинку).

Если православная церковь, даже имея все возможные каналы информационного воздействия на публику, не смогла выиграть конкурентную борьбу за рынок у «паранормальных верований», значит, приличное количество людей еще не разучились думать головой. Не зря говорят: экстремальные условия последних 20 лет создали в России значительный слой самостоятельно мыслящей публики. Главное не расслабляться и не давать запачкать себе мозги очередной «национальной идеей». Одно «единственно верное учение» мы уже отправили на свалку истории, отправим туда и второе.

В цивилизованной стране рынок религий (как, впрочем, и любой другой рынок) должен быть свободным.

Статьи по теме:

• Осторожно: неофит! Пути и ошибки новоначальных
• Типология современных христиан
• Соцфилософия: The Matrix has you. Why?
• Революция NHOT: Сумма технологий для человека.
• Почему я уважаю буддизм
• Культ карго — религия халявщиков
• Классовая борьба в мире мифов
• Я увидел Луну!!!